Шрифт:
Ее сердце снова затрепетало, но теперь это была паника совсем другого рода.
– В полиции сказали…
– Ты ходила в полицию?
– Сегодня. Я… – На мгновение она потеряла нить разговора, потому что его губы снова коснулись ее рта. – Они сказали, что разберутся, но особенно не в чем разбираться: ведь мне не угрожали.
– И тем не менее ты чувствуешь угрозу. – Его руки скользнули по ее плечам. – Этого более чем достаточно. Мы остановим его. – Он провел губами по ее щеке, виску, волосам и прошептал: – Я позабочусь о тебе.
В эту секунду Нэтан неожиданно осознал, что ему совершенно необходимо заботиться о ней, ограждать от беды, успокаивать. И еще была ему необходима уверенность: что бы он ни делал, это не порвет ту тонкую канву взаимоотношений, которую они только начали плести.
– Забудь обо всем, Джо. Расслабься хоть на один вечер. – Он слегка отстранил ее и внимательно всмотрелся в лицо. – Никогда не видел человека, который больше тебя нуждался бы в бифштексе и стакане вина.
Джо поняла, что он дает ей время, и благодарно улыбнулась.
– Звучит отлично. Было бы здорово не думать об этом хотя бы один час.
– Тогда я брошу бифштексы на решетку, а ты займись картошкой. И я буду рассказывать тебе о своем новом проекте, пока ты не заплачешь от скуки.
– Можешь попробовать, но меня не так-то легко довести до слез. – Джо повернулась к морозилке, открыла ее, но тут же снова захлопнула, так ничего и не достав. – Я должна тебе сказать, что не люблю секс.
Нэтан резко остановился в шаге от микроволновой печи, откашлялся и только потом снова взглянул на Джо.
– Прости, не понял.
Джо сцепила руки. Лучше быть честной, подумала она. Тем более теперь, когда слова уже слетели с языка и вернуть их невозможно.
– Ну, поскольку наши отношения явно идут к сексу… Нэтан решил, что пора наконец донести стакан до рта. Он сделал большой глоток и повторил:
– Итак, ты не любишь секс.
– Конечно, нельзя сказать, что я его ненавижу… – Джо расцепила пальцы и взмахнула рукой. – Во всяком случае, не так, как кокосы.
– Кокосы? – тупо переспросил Нэтан.
– Я терпеть не могу кокосы, меня мутит даже от их запаха. Секс больше похож… ну, я не знаю… на открытый пирог с фруктами.
– Секс похож на пирог с фруктами?!
– Короче говоря, у меня к сексу двойственное отношение.
– Угу. То есть ты хочешь сказать: если секс есть – хорошо, нет – ну и незачем лезть из кожи вон? Джо расслабилась.
– Примерно так. Я подумала, что должна предупредить тебя, чтобы ты не ожидал слишком многого, если мы доберемся до постели.
Нэтан сделал еще один глоток и провел языком по губам.
– А может быть, ты просто никогда не пробовала настоящий пирог? Хорошо приготовленный. Джо рассмеялась.
– Они все похожи один на другой.
– Я так не считаю. – Нэтан прикончил свое вино, поставил на стол пустой стакан и направился к ней, заметив, что ее взгляд сразу стал настороженным. – И я вынужден оспорить твое утверждение. Немедленно.
– Нэтан, не подумай, ради бога, что я тебя провоцирую! Просто… Я не сказала, что собираюсь спать с тобой!
– Зато ты сказала, что тебе все равно – есть секс или нет. – Он внезапно подхватил Джо на руки и понес по короткому коридору. – Кусок фруктового пирога никому еще не повредил.
Нэтан Положил ее на кровать и сам скользнул рядом.
– Но я не хочу…
– Нет, хочешь. – Его губы оказались у самых ее губ. – Так же, как и я. Джо, ты ведь сегодня настроена на честность? Так скажи мне: неужели тебе хотя бы не интересно?
Его тело было теплым и твердым, взгляд – ясным и искренним.
– Интересно.
– Ну что ж, для начала сойдет.
Он прижался губами к ее рту, и их вкус, их неожиданная требовательность изгнали все тревоги Джо. Испытывая благодарность, надеясь, что он не станет ожидать большего, чем она может предложить, Джо обвила его руками.
– Твой рот… – Нэтан царапнул зубами эту изумительно полную верхнюю губу. – Господи, как же я хотел его попробовать! Он сводит меня с ума!
Ей захотелось рассмеяться, она чуть не рассмеялась… Но затем его язык переплелся с ее языком, и Джо почувствовала, как жар метнулся по ее телу вниз и запульсировал между бедрами.
Ошеломленная, она вцепилась в его волосы. Так ее раньше никто не целовал. Она даже не знала, что давление губ может вызвать тысячу острых ощущений в тысяче мест! Его ладони все еще обхватывали ее лицо, как будто только она одна существовала на всем белом свете.