Шрифт:
Под сильным порывом ветра задребезжала на петлях затянутая сеткой дверь. Дом содрогнулся. А они двигались медленно, почти лениво – по контрасту с бушующей стихией. Джо затерялась в легких волнах ощущений, движении и скольжении тел, совпадении желаний и чувств. Ей казалось, что она взлетела и парит над ним, а то, что она заставляла дрожать каждый его мускул, представлялось чудом.
Нэтан сел и положил ее себе на колени. Сейчас ему необходима была нежность, взаимная нежность. Он хотел успокоить уже выстраданную боль и ту, что еще впереди.
Глядя ей в глаза, он опустил голову, прижался губами к ее губам, словно вливая в нее свое тепло. Неожиданная интимность момента потрясла Джо. Так нельзя! Нельзя допускать такую близость! Надо сопротивляться… Она подняла руку, чтобы оттолкнуть его, но рука вяло опустилась.
И Джо забыла о себе и дала ему то, что он просил.
Нежность поцелуев затопила их обоих, лениво подталкивая к возбуждению. Когда его рука скользнула между ее бедрами, Джо тихо застонала и вздохнула от удовольствия. Он медленно вел ее к оргазму, долгому и безмятежному.
Когда они оба задрожали и она потянулась к нему, то с трепетом нашла его жаждущую плоть. Он почувствовал, как изгибаются в улыбке ее губы.
– Еще! – прошептала Джо. – Точно так же. Еще… Наслаждение волнами перекатывалось в ней, вызывая головокружение, как от хорошего вина. Все еще дрожа, она прижалась губами к его груди – в том месте, где билось сердце.
– Как же мне нравится то, что ты делаешь со мной. – Она соскользнула ниже, покрывая поцелуями его грудь, живот. – Я хочу узнать, могу ли сделать то же самое с тобой…
Когда ее щедрые губы сомкнулись на его плоти, Нэтан содрогнулся. Бескрайнее, невыносимое наслаждение затуманило его зрение, грохот в голове заглушил дробь дождя. Она довела его до края, и он словно повис над пропастью, цепляясь за скалу скользящими пальцами, мучительно пытаясь не потерять сознание, не сойти с ума…
Она поднялась над ним – ее тело замерцало в тусклом свете и опустилась, приняв его в себя, откинулась назад и приняла его глубже. Ее руки победно взметнулись, и, глядя в его дымчатые серые глаза, она начала двигаться.
Медленно. Мучительно медленно… И когда его ладони властно легли на ее груди, Джо задрожала, словно затрепетал шелк. У него перехватило дыхание, он совсем перестал дышать, когда она уперлась руками в его грудь.
Ее голова откинулась назад, тело напряглось, как струна, ноги крепко сжали его бедра, и она понеслась к вершине. Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди, все мысли вылетели из головы, но тело жадно требовало большего. Она не могла продолжать. Она не могла остановиться. Ее тело мчалось и мчалось к новым наслаждениям.
Капельки пота, как росинки, выступили на ее коже. Когда Нэтан, приподнявшись, впился губами в ее сосок, он почувствовал соль и жар. Оргазм снова настиг ее. И только когда она закричала, он позволил себе сорваться и догнать ее.
Джо обессилено уронила голову на его плечо. Когда в ушах перестало звенеть, она услышала тишину.
– Дождь перестал.
– Ммм-хммм.
Она рассмеялась, и ей даже удалось вздохнуть полной грудью.
– Странно, что мы не подожгли ковер. – Наслаждаясь своими ощущениями, она провела пальцами по его влажной спине. – Мне сейчас нужно не меньше галлона воды!
– Я принесу.
– Хорошо. Можно, я подожду прямо здесь?
– Как ни больно мне признаваться, но я сейчас слишком слаб, чтобы донести тебя до раковины.
Уже взяв стакан, Нэтан оглянулся и замер. Все ее тело мерцало розовым светом, спутанные волосы золотым ореолом окружали лицо. Нежные припухшие губы изогнулись в довольной улыбке. Он порывисто поставил стакан и схватил камеру.
Глаза Джо широко распахнулись, когда она услышала щелчок затвора. Взвизгнув, она инстинктивно закрыла руками грудь.
– Что ты делаешь, черт побери?!
«Краду мгновения, – подумал он. – Они мне еще понадобятся…»
– Господи, как же ты хороша.
Нэтан пригнулся и щелкнул еще раз, поймав выражение ужаса в ее распахнутых глазах.
– Прекрати! Ты сошел с ума?! Я же голая!
– Ты потрясающая. Вся взъерошенная, румяная, еще не опомнившаяся от любви… Не закрывайся. У тебя роскошные груди.
– Нэтан. – Она лишь крепче прижала руки к груди, защищаясь. – Немедленно опусти камеру.
– Почему? – Он выполнил приказ, но продолжал ухмыляться. – Можешь сама проявить пленку – и никто не увидит. Нет ничего более художественного, чем обнаженная натура.