При виде новых посетителей бармен оживился, призывно замахал руками:

– Заходите, заходите, господа! У нас самый лучший кофе в Каире, самая вкусная пахлава!

Старыгин солидно кивнул и устроился за угловым столиком. Маша села напротив него, неуверенно оглядываясь по сторонам. Она была здесь единственной женщиной.

– Дмитрий, – проговорила она вполголоса, – мне кажется, что в Египте живут одни мужчины, если не принимать во внимание места скопления туристов. Мы не видели ни одной египтянки ни в магазинах, ни в кофейнях...

– Традиция! – Старыгин пожал плечами. Арабские женщины не работают и вообще почти не выходят на улицу, они сидят дома и занимаются хозяйством и воспитанием детей.

Работать считается неприличным для местной женщины, независимо от обеспеченности.

Мужчины выполняют здесь даже ту работу, которая традиционно считается женской.

Они работают официантами в кафе и даже «горничными» в отелях...

Этот экскурс в область местных нравов был прерван появлением хозяина, который принес на подносе две чашечки кофе, по размеру больше похожие на наперстки, и два высоких стакана холодной воды. Маша пригубила кофе.

Он оказался удивительно вкусным, чересчур, на ее взгляд, сладким и таким крепким, что потолок кофейни поплыл по кругу, как площадка карусели.

– Запивайте! – посоветовал ей Старыгин. К настоящему, хорошо заваренному кофе потому и подают воду, что без воды этот напиток слишком ударяет в голову!

Маша торопливо запила кофе ледяной водой и тут же почувствовала необыкновенный прилив бодрости. Старыгин тоже оживился и разложил на покрытом инкрустацией столике дневник профессора Магницкого и свои записки с расшифровкой клинописных значков.

Он отпил еще глоток кофе и начал расшифровывать дневник, произнося вслух каждое прочитанное слово.

"Как красива Испанская лестница весной!

Чудесные азалии стекают с ее ступеней, наполняя воздух божественным ароматом..."

– Никогда не думал, что мой дедушка был поэтом! – хмыкнула Маша. – Неужели все эти предосторожности с шифром были предназначены только для того, чтобы скрыть от посторонних глаз его сентиментальные римские воспоминания?

– Постойте, это только начало... – пробормотал Старыгин, выписывая перевод на отдельный листок, и продолжил:

«Странная встреча на улице Четырех Фонтанов. Этот господин С, скорее всего сумасшедший. Интересно, откуда он знает о моем происхождении?»

– Это уже немного интереснее... – Маша придвинулась к Дмитрию Алексеевичу и заглянула в дневник. Однако без помощи Старыгина клинописные значки молчали.

«Однако то, что он говорил о Древней Матери, не лишено смысла. Мадонна Леонардо и фреска в катакомбе.., сюжет и сходная композиция.., тут несомненно есть связь, особенно если принять во внимание то, что я видел в Гизе».

– Еще одно упоминание Гизы! – проговорила Маша. – Продолжайте, прошу вас!

– Дальше – какая-то странная запись, кажется, это стихи:

«Три величайших тебя охраняют, Стрелы разящие жарко роняют, Самый высокий поделишь на шесть, Но к чаепитью прислужники есть».

– Абсолютная бессмыслица! Не понимаю, что дедушка хотел этим сказать!

– Здесь пропуск, – продолжил Старыгин. – Он снова возвращается к записям через несколько дней:

«Господин С, излишне настойчив. Я немного подыграл ему, чтобы выяснить, как много он знает. Однако то, что мне удалось узнать...»

– Снова пропуск... – Старыгин потер глаза. – Дальше значки становятся неровными, словно тот, кто их писал, был сильно взволнован.

«Это невероятно! То, что такое возможно в наши дни.., мне кажется, что я перенесся в Средние века! Эти дикие ритуалы.., кажется, я сунул руку в осиное гнездо.., самое ужасное, все, что говорит С., не лишено смысла. И моя кровь.., кто бы мог подумать!»

– Кровь? – удивленно переспросила Маша. Он говорит о своем аристократическом происхождении?

– Надо думать, – кивнул Старыгин. – А вот дальше:

"Кровь, образ и ключ. Так вот почему я их так заинтересовал! Кровь, кровь! Сколько можно страдать из-за нее! Кто бы мог знать! Счастье еще, что они не знают того, что я видел в Гизе. Страшно подумать, что могло бы.., однако именно там – спасение... "

– Кровь, образ и ключ! – воскликнула Маша. То же, что говорили люди в катакомбах! И опять Гиза!

– Господа хотят посетить Гизу? – прожурчал рядом вкрадчивый голос. – Я могу показать вам такую Гизу, которую не видел ни один турист! Вы увидите настоящие тайны Древнего Египта!