— Были какие-нибудь проблемы? — спросил Грэди у близнецов.

— Никаких, — ответил Сэм, а Барри подтвердил кивком слова брата. Как всегда, члены его секции вели себя хладнокровно, несмотря на волнение перед началом операции, которое испытывали. Скоро в пабе собрались все. Две группы, одна из семи человек, другая из восьми, разместились в кабинках паба, пили «Гиннесс» и спокойно разговаривали. Их присутствие не вызвало никакого интереса у постоянных посетителей паба.

— Они работают великолепно, — сказал Мэллой Нунэну за пинтой пива в клубе. — Так ты говоришь, название компании «Е-системз», а?

— Отличная компания. Мы пользовались многими их изделиями в группе по спасению заложников.

Морской пехотинец кивнул:

— Да, мы делали то же самое в команде по специальным операциям. Но я все-таки предпочитаю работать с такими приборами, у которых есть контрольные провода и кабели.

— Кому что нравится, полковник, сэр. Однако согласитесь, что устанавливать связь из вертушки с помощью двух бумажных стаканчиков и бечевки довольно трудно, верно?

— Я не настолько отсталый, Тим. — Но шутка была хорошей и заставила его улыбнуться. — И никогда не нуждался в помощи при высадке солдат, висящих на длинных тросах.

— Это верно, у тебя здорово получается. — Нунэн отпил пива из кружки. — Сколько лет ты летаешь на вертушках?

— Двадцать, в октябре будет двадцать один год. Когда пилотируешь вертолеты, то понимаешь, что это последний вид настоящих полетов, который еще остался. Мне не нравятся новые скоростные самолеты, черт побери, с компьютерами, дискутирующими между собой, следует ли им поступить так, как ты хочешь, прежде чем выполнить твою команду. Я люблю компьютерные игры, электронную почту и тому подобное, но, порази меня гром, если я позволю им управлять вертолетом вместо меня. — Это было пустое хвастовство, или почти пустое, подумал Нунэн. Рано или поздно такая форма прогресса захватит и винтокрылые машины, пилоты станут ворчать, но им все равно придется согласиться, потому что это будет, вероятно, безопаснее и эффективнее, чем сейчас. — Теперь жду письмо от своего командира, — добавил подполковник.

— Да? О чем?

— Меня собираются назначить командиром VMH-1.

— Будешь летать с президентом на борту?

Мэллой кивнул.

— Сейчас эту должность занимает Хэнк Гудмэн, но он получил генеральское звание, и поэтому его переводят куда-то еще. И кто-то, думаю, узнал, что я хорошо справляюсь с рычагами и ручками управления.

— Совсем неплохо, — одобрительно отозвался Нунэн.

— Скучно, правда, всегда по прямой и на одной высоте, больше никаких петель и разворотов, — согласился офицер морской пехоты с притворным отвращением. Место пилота в VMH-1 являлось почетной должностью для офицера, а командование таким подразделением показывало, что корпус морской пехоты демонстрирует этим свою уверенность в его способностях. — Мне должны сообщить о назначении через пару недель. Будет приятно снова получить возможность наблюдать за игрой «Краснокожих» [31] не по телику, а на стадионе.

— Что намечено на завтра?

— Перед ленчем — практика по высадке с малой высоты, затем, уже после ленча, — канцелярская работа. Мне приходится заполнять тысячи документов для военно-воздушных сил. Ничего не поделаешь, это им принадлежит проклятый вертолет, и они проявили немалую доброту, производя техническое обслуживание и прислав мне хороший экипаж. Готов спорить, правда, что летчикам авиалайнеров не приходится заниматься писаниной. Этим счастливцам нужно только летать, хотя их полеты такие же волнующие, как гонки по высушиванию краски или, может быть, марафон по выращиванию трав.

Чавез так и не привык к британскому юмору, и в результате показ юмористической серии по местному телевидению заставлял его скучать. У них было, правда, кабельное телевидение и канал «История», но Пэтси было не до телевизора.

— Только одну, Динг, — сказала она ему. Теперь, когда момент родов был так близко, она хотела, чтобы ее муж все время оставался трезвым, а это означало только одну кружку пива за вечер.

— Хорошо, милая. — Для женщин так просто управлять мужчинами, думал Доминго, глядя на почти пустую кружку и мечтая о второй. Как приятно пить пиво в клубе, обсуждая профессиональные вопросы в комфортабельном неформальном окружении друзей, но сейчас он находился не дальше пятидесяти футов от жены, за исключением времени, когда ему приходилось выполнять задания, и на случай, когда они не вместе, у нее был номер его бипера. Ребенок уже опустился, что бы это ни значило, думал Динг, — да нет, он знал, что это значит скорое приближение родов, хотя сам термин «опустился» был для него загадкой. Но теперь все это означало, что ему разрешено пить только одну кружку пива за вечер, хотя он мог оставаться совершенно трезвым после трех кружек, может быть, даже четырех.

Они сидели рядом в удобных креслах. Динг пытался одновременно смотреть на экран телевизора и читать разведывательные документы. Каким-то образом он вроде сумел овладеть этим искусством, к удивленному раздражению своей жены, которая читала медицинский журнал и делала пометки на полях глянцевых страниц.

Положение мало чем отличалось в доме Кларка, хотя там в видеомагнитофон была вставлена кассета и на экране шел какой-то фильм в сопровождении музыки.

— Есть что-нибудь новое в офисе? — спросила Сэнди.

В офисе, подумал Джон. Она так не говорила, когда он возвращался после выполнения задания. Нет, тогда было: «У тебя все в порядке?» Этот вопрос всегда задавался с ноткой беспокойства, хотя он никогда — ну почти никогда — не говорил ей о том, чем занимался, когда его не было дома. И все-таки Сэнди знала, что это несколько отличалось от проведения времени за письменным столом. Так что это было еще одним подтверждением того, что теперь он стал гражданским лицом. Спасибо, милая, подумал он.