Это был Ришкаан, камнем падавший с огромной высоты, сложив крылья, прямо на заклинателя демонов Кадерана. Из пальцев гедри вырвался ослепительный сноп черного пламени — я уверен, что Ришкаан был мертв еще до того, как достиг земли. Но и мертвый, он продолжал падать — всем своим огромным телом, неотвратимо, как конец света, обрушиваясь на заклинателя демонов.

Кадеран завопил, точно зверь, который чует свою неминучую гибель, и попытался спастись бегством. С таким же успехом он мог бы пытаться обогнать рассвет. Он лишь коротко вскрикнул, когда смерть настигла его, и сердце мое возликовало при этом крике.

Огонь переполнил мне сердце, пронесся по телу и вырвался из горла вместе с ревом. Может быть, Ришкаан и являлся моим противником на Совете, но сейчас, пожертвовав своей жизнью, он был мне братом, и я готов был уничтожить второго гедри таким же способом.

Шикрар

Когда Кейдра воззвал ко мне, сказав, что Марик и его слуга стоят перед Акхором и Ришкааном и им некуда деваться, я сказал ему, чтобы он предоставил это пустяковое дело им двоим.

Когда Акхор прокричал мне, что его противник — слуга демонов, ракшадакх, я не раздумывая выскочил из своего чертога и взмыл вверх. Лететь было совсем недалеко, но, едва оказавшись в воздухе, я вспомнил кое о чем и воззвал к Кейдре:

«Кхэйтрикхариссдра, я назначаю тебя Хранителем душ — не вмешивайся в битву».

«Отец, нет!» — прокричал он с мольбой.

«Не отец говорит с тобой, а Старейший из Большого рода и Хранитель душ, — ответил я сурово. — Случится мне погибнуть в этой битве — ты станешь следующим Хранителем, кроме меня лишь ты обладаешь даром Вызова предков. Ты не станешь подвергать себя опасности лишиться его в битве».

«Отец, прошу тебя!» — выкрикнул он, вложив в крик все свое сердце. Я знал, что он жаждал мести, но не мог позволить случиться этому.

«Послушайся меня сейчас, сын мой, — сказал я помягче. — Я взываю не к верности, но к любви. Когда-то я потерял свою возлюбленную и не хочу увидеть, как и сын мой погибнет раньше меня. И кроме всего, Кейдра, сынок, у тебя только что родился малыш. Ему нужен отец».

В следующее мгновение я был уже там.

Ланен

Я не могла поверить в то, что вижу. Этот ублюдок Марик хохотал. Он видел, как прилетел Шикрар, когда Акор уже бросился на него, — и хохотал!

Богиня милостивая! Акор!

Я видела, как от руки Марика взметаются смертоносные огненные круги, один за другим, каждый новый ужаснее предыдущего, и обрушиваются на Акора, поражая его в новых местах, а раны с каждым разом делаются все глубже. За первым кругом последовало еще четыре, и все безошибочно поражали Акора в воздухе. Он упал на землю, так и не успев добраться до Марика, истекая кровью: его прекрасную серебряную шкуру покрывали огромные зияющие раны.

В ярости я кинулась к Марику, но Шикрар уже стоял между ним и Акором, бросившись на врага. Он принял на себя еще более ужасный удар, оставивший страшную дыру у него на плече.

Разум Марика был полностью поглощен драконами.

Я налетела на него со всего разбегу, не задумываясь о собственной безопасности, пока еще не было слишком поздно. Оказалось, можно было не волноваться: средство, которое он использовал для защиты от драконов, явно не действовало против его собственных сородичей. Я сделала так, как учил меня Джеми, и мне это неплохо удалось: он был сбит с ног, и этого было достаточно, чтобы Шикрар с Акором успели собраться с силами. В один миг я уселась ему на грудь и попыталась перерезать ему горло его же кинжалом, но даже не поранила его.

Я попробовала еще и еще раз, но клинок лишь соскальзывал с кожи, не причиняя ему вреда.

Он расхохотался и стал направлять на меня кольцо, силу которого уже использовал на моих товарищах. Я попыталась отклонить его руку, но он оказался проворнее: направив кольцо мне в грудь, он произнес что-то на нечистом языке, которого я раньше никогда не слышала. Мы оба были удивлены, когда ничего не произошло.

Быстро опомнившись, я ударила его; однако мне не удалось как следует рассчитать удар, и Марик не слишком пострадал от этого. И тут я увидела, что на ум ему пришла какая-то новая мысль, она ударила ему в голову сильнее, чем мой кулак. Он поднял руку с кольцом и направил его на Шикрара, который, невзирая на боль, по-прежнему стоял, закрывая собою Акора.

— Выбирай, кто из них умрет, Маранова дочь! — выкрикнул он, ужасно довольный. — Ибо что бы ты ни делала, им меня не коснуться, и любое твое оружие нанесет мне вреда не больше, чем их бесполезные зубы и когти.

И в это мгновение я поняла, как его можно уничтожить. Спасибо Владычице за Язык Истины! «Акор, любимый, да остановит это его!»

Акхор

Я слышал ее сквозь боль, сквозь ярость, что раскалилась во мне добела. Я воззвал к Шикрару, и он отстранился, чтобы я мог видеть, и вместе мы обратили свои мысли на существо, боровшееся с Ланен на земле.