— Не хотите рассказать, что за несчастье на вас обрушилось? Я хороший слушатель.

— Я не знаю, — призналась Кэди, снова уткнувшись лицом ему в грудь. — Я действительно не знаю, что произошло и где я нахожусь. И я не знаю, почему эти люди пытались вас повесить. Вы порядочный человек или нет? — Задав этот вопрос, она подняла голову и взглянула на него.

— Я — что? — переспросил он, и брови его выгнулись дугой от удивления. Потом он улыбнулся и притянул ее голову к своей груди. — Я приличный человек. Служу помощником священника в церкви. И даже пою в церковном хоре каждое воскресенье. Посмотрите, — он вытянул вперед одну ногу, поднял брючину и из-за высокого ботинка вытащил нечто напоминающее маленький охотничий нож. В рукоятку оказался вставлен крохотный медальон.

Он передал нож Кэди, и она посмотрела на медальон.

— Один год, — прочла она и увидела нарисованный посредине христианский крест. — Один год — что?

— Год в церкви без единого пропуска службы, — он снова усмехнулся. — Однажды я пошел, даже несмотря на ветрянку, и перезаразил половину детишек в воскресной школе.

Она засмеялась и по привычке провела пальцами по лезвию, пытаясь понять, сам ли он точил его. Работа была далека от совершенства, она могла сделать это гораздо лучше, но насторожило ее другое. — Так если вы образец добродетели, почему эти люди пытались вас повесить?

— Вы когда-нибудь слышали о жадности?

— Думаю, да, — улыбаясь ответила Кэди. — У вас есть нечто, если они хотят заполучить?

— Несколько голов скота и клочок земли.

— Ах, вот что. Тысячное стадо и тысячи акров земли?

Он засмеялся.

— Не совсем так. Насколько мне было до сих пор известно, на Колорадских скалах находятся не самые лучшие из пастбищ.

Подняв голову, она огляделась.

— Так вот я где? Колорадо? Она снова посмотрела на него, и когда он заговорил, в его взгляде читалось недоверие.

— Может, вы все-таки объясните, в чем дело? Почему вы здесь? Кто вас бросил? Этот Грегори?.. — он буквально выплюнул это имя. — Он что, обманул вас?

— Конечно нет! — ответила Кэди и попыталась встать, но он заставил ее снова сесть рядом.

— Ладно, извините. Просто не часто приходится мужчине встречать женщину, гуляющую в горах в одиночестве, да еще одетую в шелковое свадебное платье, — он потупил взор и тихо и немного хрипло добавил:

— Особенно такую красивую, как вы.

Кэди зарделась.

— Я не красивая. Во мне почти семь кило лишнего веса, и я никогда не обращаю внимания на то, как выгляжу. Обычно я ношу потертые джинсы и грязную рубаху. У меня всего одна пара черных парадных туфель, зато полдюжины пар теннисных тапочек. Я… — она замолчала, потому что он над ней смеялся. — Вы находите эту ситуацию забавной? — поинтересовалась она, слегка рассердившись.

— Что же за мужчины ваши знакомые, если они не считают, что вы самая красивая женщина на свете? Я никогда не видел такой хорошенькой женщины, как вы. Ваше лицо и ваша… — он посмотрел на нее сверху вниз, и в этом взгляде было удивление, — вы само совершенство. Только слепой не увидит, что вы прекрасны, как Афродита.

Несколько минут она просто молча смотрела на него широко распахнутыми глазами, у нее даже рот приоткрылся от изумления.

— Понятно, — вымолвила она наконец. — Значит, вот как… — Кэди потихоньку отодвинулась от него. — Думаю, мне лучше идти.

В то же мгновение он вскочил на ноги и протянул ей руку, чтобы помочь встать.

— Вы должны сказать мне, куда хотите отправиться, и я отвезу вас.

Кэди заглянула в его синие глаза и почувствовала, что склоняется к нему, однако заставила себя стоять прямо. «Возьми себя в руки! — приказала она себе. — Что с тобой творится? Ты помолвлена с одним, снится тебе другой, а теперь ты, похоже, готова сбросить с себя последнюю одежду перед третьим!»

— Есть здесь где-нибудь поблизости автобусная остановка? Или аэропорт? — она не слишком задумывалась, как собирается за все заплатить — у нее ведь не было с собой ни пенни. Странно, но выражение испуга ни его лице уже не удивило ее.

— Что такое аэропорт? — спросил он, и почему-то этот вопрос вызвал у Кэди приступ головокружения.

— Нет, не прикасайся ко мне! — взвизгнула она, когда он сделал шаг по направлению к ней. Ей необходимо было взять ситуацию под контроль. — Послушайте, я очень ценю ваше старомодное рыцарство, спасибо, что позволили мне поплакать у вас на плече, но теперь я должна вас покинуть. Я действительно хочу отправиться домой.

«И не ввязываться в то, что здесь происходит, — подумала она. — Не желаю выяснять, почему тебе неизвестно, что такое аэропорт!»

С видом, полным достоинства, какое она только могла изобразить, Кэди подхватила шлейф платья и направилась к скалам, где, насколько она знала, находилась тропинка, которая должна была привести ее назад в Вирджинию, назад к Грегори.

Он не последовал за ней, и Кэди не знала, радоваться или ужасаться этому. А что если ей не удастся найти проход в скале? Что если ковбой оставит ее одну в этих горах и она никогда не сможет отсюда выбраться?