Я перевел взгляд на Хараду:

– Ты говорил, что раньше сталкивался с Хироси. Теперь я вижу, что и он хорошо тебя помнит. Где вы познакомились?

– Семь с половиной лет назад на Акасаке он стал участником драки, повлекшей за собой смерть человека. Как вы знаете, это произошло в баре. Вы там тоже бывали.

Я недоуменно посмотрел на него:

– «Blue Heaven»? Неужели то самое казино?

Он кивнул:

– Тогда оно, конечно, называлось по-другому и представляло собой самый обычный бар. Я был там менеджером зала. Ваш шурин пришел к нам в заведение и от души «повеселился». Так мы и познакомились. Наши отношения нельзя было назвать дружескими.

Хироси тогда только что бросил университет и пустился во все тяжкие.

– То есть вы тогда находились во враждующих группировках?

– Не без этого. Уверен, что у вас еще остались вопросы, но, может быть, мы обсудим их без него? – Он кивнул на Сагимуру.

Тот выглядел напуганным. Похоже, несмотря на весь свой бандитский опыт, в душе он остался тем же чахлым клерком.

Вернулся Хироси с прочным скотчем на тканевой основе, и Харада, одобрительно кивнув, тут же начал обматывать им Сонэ. Тот, похоже, все еще был без сознания. Я молча наблюдал за ловкими движениями Харады. Он стянул с Сонэ носки и обмотал скотчем лодыжки. Запястья связал сзади, не пощадив даже руки, порезанной самим же Сонэ. Своими действиями он напоминал упаковочную машину с программным управлением. Сагимура даже не пытался сопротивляться, с обреченным видом вверив свое тело заботам Харады. Тот вытащил из их карманов все вещи – телефоны, бумажники и даже табачные принадлежности – и выложил их на столик, стоявший на безопасном расстоянии.

Через пару минут у стены лежали две спеленатые мумии.

К Сонэ понемногу начало возвращаться сознание. Приоткрыв веки, он заговорил, но голос был все еще хриплым:

– Знаете, что вам за это будет? Что вы собираетесь с нами делать?

Я взглянул на него:

– Шинковать, конечно.

Харада бесстрастно добавил:

– И вы даже не представляете, какое место, учитывая то, как вы себя вели.

Губы Сонэ по-прежнему странно кривились. Он улыбался. Смелый мужик, с принципами. Однако вряд ли он мог бы возглавить клан якудза или любой другой коллектив. Если бы он надумал устроиться на работу, в графе «хобби» в резюме ему, вероятно, стоило бы написать «нанесение увечий».

Молча протянув Хироси руку, я почувствовал на ладони тяжесть металла. С ножом в руке я приблизился к Сонэ. Поднес к его лицу сверкающую на солнце сталь:

– Похоже, и правда неплохо режет.

Он снова ухмыльнулся:

– Не попробуешь – не узнаешь.

– Что ж, воспользуюсь твоим предложением.

Взяв в руки скотч, я отхватил несколько сантиметров. Сонэ с изумлением взирал на меня. Хорошенько заклеив ему рот, я сказал:

– Надоела твоя улыбка.

Услышать его ответ я уже не мог. Я обратился к Хироси:

– Тасиро, вероятно, все еще гуляет по особняку. Не знаешь, где он может быть?

– Найду.

В ответ на его вопросительный взгляд Харада промолвил:

– Его тоже лучше нейтрализовать. Меня немного беспокоят те парни в Нагое. Я сделал звонок в полицию Айти [57] и сообщил, что прямо на дороге за вокзалом валяются несколько тел, – вероятно, очередная разборка между токийской группировкой и местными бандитами. Полиция наверняка направит запрос в токийское полицейское управление, но эти ротозеи-копы могут не найти достаточных причин, чтобы задержать тех парней.

– Зато тебя ротозеем никак не назовешь. Тебе не откажешь ни в интеллекте, ни в физической подготовке.

Мы все вместе вышли из комнаты, и Харада заговорил с улыбкой в голосе:

– Господин Акияма, я был не прав, когда просил вас предоставить информацию.

– О чем это ты?

– Вы потрясающе блефовали.

Я остановился и взглянул на него. На губах его играла изящная улыбка.

– Ваш рассказ о письмах, оставленных в отеле, и это предложение намекнуть, где находится картина, – вы ведь блефовали. Я восхищен. Вам удалось полностью переломить ситуацию, заставив их делиться информацией с вами. Они абсолютно не разбираются в людях. Теперь мне ясно, что вы совершенно не представляете, где находится картина. Признаюсь, для меня это полная неожиданность.

Тут он был прав. Я понятия не имел, где картина, и откровенно блефовал в той сделке. Наверное, мой блеф был чистым безумием. Из-за него я едва не лишился пальца.

– Значит, ты догадался? – Я покачал головой. – Ты, пожалуй, мог бы обыграть меня в покер. Кстати, за мной должок.

Мы увидели, как Хироси направляется вверх по лестнице.

– Думаешь, Тасиро на втором этаже?

– Папик еще вчера облюбовал там одно местечко. Если интуиция меня не подводит, он должен был торчать там все это время.

– Что за местечко?

– Большая гостиная на втором этаже.

– Но почему именно там?

– Потому что там его любимые игрушки.

– Любимые игрушки? Это еще что такое?

– Неужели не догадываешься?

Харада улыбнулся, я взглянул на него и спросил:

– Ты, кажется, тоже в курсе? Кстати, в поезде ты упоминал свою поездку в Киото. Когда ты был здесь последний раз?

– В январе. Именно тогда мы начали действовать, или, выражаясь вашим языком, рыть носом землю. У нас состоялся откровенный разговор с вашим шурином. Однако в тот раз он, естественно, ничего не рассказал нам о фактах, которые припомнил, когда вас собрались «пошинковать».