Майрон оцепенел.

– Вижу, вы познакомились с Викторией, – заметила Сэсси Локвуд.

Он кивнул.

– Я позвонила ей, как только Баки сообщил мне про убийство. Думаю, она будет полезна. Это лучший адвокат, которого я знаю. Спросите хоть Уина. – Мать Уина шагнула ближе. – Мне нужно с вами поговорить, Майрон.

Он вспомнил, что у него есть голос.

– Сейчас неподходящее время, миссис Локвуд.

– Да, но беседа не займет много времени.

– Я очень тороплюсь.

Миссис Локвуд была красивой женщиной. Пепельного цвета волосы эффектно смешивались с сединой, а в осанке чувствовалась та же королевская стать, что у Линды Колдрен. Зато фарфоровым лицом она напоминала скорее Уина. Сходство просто потрясающее.

Миссис Локвуд была странно одета. Мужская рубашка навыпуск – из тех, что «на размер больше», – и широкие брюки. Энни Холл [44] в роли будущей матери. Майрон ожидал иного, но опять же сейчас не самое лучшее время для размышлений о моде.

– Речь пойдет о Уине, – произнесла миссис Локвуд.

Майрон покачал головой:

– Это не мое дело.

– Верно. Но это не избавляет вас от ответственности, не так ли? Вы друг Уина. Я всегда радовалась, что рядом с ним есть такой человек, как вы.

Майрон промолчал.

– Я много о вас знаю, Майрон. За Уином уже много лет следят нанятые мной детективы. Это мой способ о нем заботиться. Уин, конечно, в курсе. Он мне ничего не говорил, но было бы наивно думать, что от Уина можно скрыть подобное, правда?

– Да.

– Вы остановились в поместье Локвудов, – продолжила миссис Локвуд. – В домике для гостей.

Он кивнул.

– И бывали там раньше. Вы когда-нибудь видели конюшни?

– Только издалека, – ответил Майрон.

– А внутрь не заходили?

– Нет.

– Меня это не удивляет. Уин больше не ездит верхом. А когда-то он любил лошадей. Даже больше, чем гольф.

– Миссис Локвуд…

– Пожалуйста, зовите меня Сэсси.

– Мне неловко все это слушать.

Ее взгляд стал жестче.

– А мне неловко все это говорить. Но у меня нет выбора.

– Уину это не понравится, – пробормотал Майрон.

– Жаль, но Уин не всегда получает то, что хочет. Надо было понять это давно. Ребенком он не желал со мной видеться. Я никогда его не заставляла. Слушала специалистов, уверявших, что так он скорее придет в себя, а принуждение лишь ухудшит ситуацию. Но они не знали Уина. Когда я перестала следовать их советам, было поздно. Хотя теперь не так важно. Не думаю, что если бы я поступала по-иному, это что-нибудь изменило бы.

Молчание.

Она стояла, гордо выпрямив спину, но пальцы слегка согнулись, словно она хотела сжать их в кулак. Майрон знал, что последует дальше.

– В общем, простая история. – В ее голосе прозвучало сожаление. Взгляд Сэсси устремился куда-то поверх плеча Майрона, хотя он не представлял, что она там может видеть. – Уину тогда было восемь лет. Мне – двадцать семь. Я рано вышла замуж. Даже колледж не успела закончить. У меня не было выбора. Отец настаивал на браке. На этом свете существовал только один человек, которому я полностью доверяла, – Виктория. Она по-прежнему остается моим самым близким другом, как для вас Уин.

Сэсси вдруг остановилась и поморщилась.

– Миссис Локвуд?

Она покачала головой.

– Я отошла от темы, – пробормотала она, переведя дыхание. – Простите. Нет смысла рассказывать историю моей жизни. Остановимся на одном инциденте. Постараюсь изложить его как можно короче. Джек Колдрен сказал мне, что отведет Уина на урок гольфа. Но что-то там не сложилось, или они вернулись рано. Уин явился домой без Джека. С ним был его отец. Не знаю, почему они оказались на конюшне. Я находилась там, когда они вошли. Но не одна. С инструктором по верховой езде.

Она остановилась. Майрон ждал.

– Хотите, чтобы я произнесла это вслух?

Майрон покачал головой.

– В тот день Уин увидел то, что нельзя видеть ребенку, – продолжила Сэсси. – Хуже того, он видел, какое выражение при этом было у его отца.

В глазах Майрона защипало.

– Разумеется, все не ограничивалось одним случаем. Сейчас я не собираюсь вдаваться в подробности. Но с того дня Уин никогда больше со мной не говорил. Он не простил даже отца. Да-да, отца. Казалось бы, он должен был ненавидеть меня и любить Уиндзора-старшего. Ничего подобного. Уин винил отца. Он считал его слабаком. Потому что тот допустил подобное. Звучит нелепо, но так оно и было.