– Пожалуйста, не говорите Норму, – глухо пробормотала Эсме. – Прошу вас.

Майрон молчал.

– Это была глупость. Я знаю. Но она может стоить мне работы.

Он сел рядом с ней.

– Расскажите мне, что произошло.

– Зачем? Вам-то что за дело?

– Есть причины.

– Какие? – В ее голосе зазвучали резкие нотки. – Да, конечно, мне тут нечем гордиться. Но кто дал вам право судить меня?

– Ладно. Тогда я спрошу у Норма. Уверен, он мне поможет.

Она раскрыла рот.

– Поможет в чем? Почему вы это делаете?

– Мне нужны ответы.

– Но что вы хотите услышать? Что я вела себя как идиотка? Да. Мне просто было одиноко. Он выглядел милым и скромным, и я решила, что с парнем в его возрасте можно не бояться болезней, да и серьезных обязательств тоже. Но позднее это уже не имело значения. Я ошиблась. И сожалею.

– Когда вы видели Чэда в последний раз?

– Господи, да зачем это вам? – воскликнула Эсме.

– Отвечайте на мои вопросы, или я пойду к Норму, обещаю.

Она взглянула ему в лицо. Майрон сделал свое самое непроницаемое лицо, которому научился у крутых копов и сборщиков дорожной пошлины. Через несколько секунд она пробормотала:

– В мотеле.

– В «Корт-Мэнор-инн»?

– Названия не помню.

– В какой день?

– В пятницу утром. Чэд еще спал.

– И с тех пор вы с ним больше не виделись и не разговаривали?

– Нет.

– И у вас не было планов на новую встречу?

Эсме помрачнела:

– Не было. Сначала я думала, что с ним будет легко, но потом поняла, что все может закончиться плохо. Честно говоря, мне стало не по себе.

– Из-за чего?

– Боялась, что он все расскажет матери. Правда, Чэд поклялся, что будет молчать, но я не знала, что он может сделать, если мы поссоримся. Когда он не стал звонить, я только обрадовалась.

Майрон вглядывался в ее лицо, пытаясь поймать на лжи. Ничего не получилось. Но это еще не значило, что Эсме говорила правду.

Она поерзала на скамейке и скрестила ноги.

– Не понимаю, почему вы спрашиваете. – Она задумалась, и вдруг в ее глазах что-то блеснуло. Эсме подалась к Майрону: – Это как-то связано со смертью Джека?

Майрон промолчал.

– О Боже! – Ее голос дрогнул. – Вы же не считаете, что в этом замешан Чэд?

Болитар выдержал паузу. Сейчас или никогда.

– Нет, – промолвил он. – Скорее вы.

– Что?

– Я считаю, вы похитили Чэда.

Эсме вскинула руки кверху:

– Вы с ума сошли? Похитила? Бред. Чэд сам туда рвался, не сомневайтесь. Конечно, он еще подросток. Но не думаете же вы, что я привела его в мотель под дулом пистолета?

– Я о другом.

– Тогда о чем, черт побери, вы говорите?

– Куда вы отправились в пятницу после мотеля?

– В «Мэрион». Мы встретились там вечером, помните?

– А как насчет вчерашнего вечера? Где вы находились?

– Здесь.

– В вашем номере?

– Да.

– В какое время?

– С восьми вечера.

– Кто-нибудь может это подтвердить?

– Разве я обязана что-то подтверждать? – выпалила Эсме. – Я была с Нормом до полуночи. Мы работали.

– А позднее?

– Пошла спать.

– Ночной портье может засвидетельствовать, что вы не выходили из номера после полуночи?

– Думаю, да. Его зовут Мигель. Он милый парень.

Мигель. Надо послать туда Эсперансу. Если алиби Эсме подтвердится, его стройная версия рухнет.

– Кто еще знает про вас с Чэдом?

– Никто, – ответила Эсме. – По крайней мере я никому не говорила.

– А Чэд? Он кому-нибудь рассказывал?

– Судя по всему, он рассказал вам, – язвительно заметила Эсме. – А может, и еще кому-то, откуда мне знать.

Майрон задумался. Парень, который вылез из окна Чэда… Мэттью Сквайрс. Майрон вспомнил свои школьные годы. Если бы ему удалось затащить в постель женщину старше себя, да еще такую красавицу, как Эсме Фонг, он бы наверняка кому-нибудь об этом разболтал. Тем более если бы накануне провел вечер в компании лучшего друга.

Ниточка снова вела к дому Сквайрсов.

– Как мне вас найти, если вы мне понадобитесь? – спросил Майрон.

Она достала из кармана визитную карточку:

– Там внизу номер моего мобильника.

– Прощайте, Эсме.

– Майрон, вы расскажете Норму?

Кажется, ее больше волновали собственная репутация и работа, нежели обвинение в убийстве. Или это лишь ловкая маскировка?

– Нет, – проговорил он. – Не расскажу.

Пока по крайней мере.