– И как этот яд действует на тех-кто-ест-траву?

– Очень слабо. У них только ослабляются мышцы. Я думал, что у тебя может быть то же самое.

– У меня подобного нет, — ответил Айвен. — Это означает, что Тот-который-поймал-бревно выпустил этот яд, когда воткнул в меня свои когти?

– Конечно! — воскликнул гендельс, вновь вскакивая. — Тогда это означает, что ты его не почувствовал?

– Я чувствовал разницу между его когтями и твоими, но я не думал, что она из-за яда. Он на меня не подействовал.

Машина снова подпрыгнула на кочке и гендельс улегся на пол.

– Я совсем позабыл все, что мне рассказывал Тот-который-хотел-мира.

– Кто это? — спросил Айвен.

– Это капитан корабля, который приземлился здесь. Он умер около двадцати лет назад.

– Вы тоже съедаете умерших?

– Нет. Умерших мы оставляем для животных, питающихся ими. Такой закон.

– Значит, вы никогда не хороните умерших или погибших? — спросила Билюти.

– Я не совсем понял этого слова «хороните».
– произнес гендельс, и Айвен объяснил его значение. Тот-который-все-понимает был удивлен и вдруг заверещал.

– Это же ужасно! Как можно оставлять умерших гнить в земле?!

– Вот тебе и ответ, Билюти, — проговорил Айвен. — Он прав. Представь, что делается в земле с телом.

– Я не знаю, — проговорила Билюти. — Я об этом никогда не думала. Мы всегда хоронили умерших в земле. — Она замолчала на некоторое время, а затем добавила.

– Наверное, действительно нет ничего такого в том, что гендельсы съедают убитых и отдают умерших другим хищникам.

– Вы должны пообещать мне, что не зароете меня в землю, если я случайно погибну или умру, — произнес гендельс. — Либо вы отдадите меня моим родственникам, либо каким-нибудь хищникам, если не сможете съесть сами.

– А как ты относишься к сжиганию тела? — спросил Айвен.

Гендельс взглянул на Айвена и через несколько мгновений ответил.

– Если это сделаешь ты, то я не против, — ответил он.

– Кошмар! — воскликнула Билюти. — У вас что, нет другой темы, как обсуждать, что делать друг с другом в случае смерти? Лучше говорите о том, как выжить и выбраться из этой ямы.

– Какой ямы? — не понял гендельс. — Здесь же нет ямы?

Айвен и Билюти рассмеялись, а затем Айвен объяснил, что Билюти говорила в переносном смысле. После этого и гендельс рассмеялся, что выражалось мяуканьем.

Солнце клонилось к западу. Впереди появились смутные очертания старого города, и Билюти остановила машину, чтобы вновь заночевать. Она нашла другую расщелину и завела машину туда. Затем она отправилась за травой, а гендельс на охоту. Теперь он сделал так, что Билюти не видела его в деле. Он вернулся, когда Билюти еще не было.

– Я не знаю, какое оружие может быть у него. Мне кажется, что у него вообще ничего нет, — сказал он Айвену.

– У него ничего нет. Тебе надо будет спросить об этом, — ответил Айвен.

– Надеюсь, он не применит его, когда я буду спать.

– Ему можно доверять, — ответил Айвен.

Билюти вернулась и гендельс сразу обратился к ней по поводу оружия, которое будет у нее.

– Оружие? — спросила она. — А! Ну так Айвен будет моим оружием.

– Он же может отказаться, — проговорил гендельс.

– Тогда я сама буду виновата, что выбрала плохое оружие. — сказала она, глядя на Айвена.

– Довольно трудно понять, но похоже, выбора нет, — ответил он.

Солнце зашло, и они все втроем улеглись в машине. Они еще некоторое время переговаривались, а затем уснули.

Билюти просыпалась с чувством, что она давно не спала так хорошо, как в эту ночь. Она чувствовала тепло рядом, и ей не хотелось просыпаться. Какое-то смутное воспоминание кольнуло ее, и она открыла глаза. Прямо перед ней была яркокрасня шерсть гендельса. Ее рука обнимал его тело, и он сам точно так же обнимал ее.

В ней возник импульс страха, который она тут же подавила. Она сняла с него руку и гендельс проснулся. Увидев ее, он резко дернулся, вскочил с места и издал мяукающий звук.

Билюти тоже вскочила с места и увидела, что рядом нет никого, кроме гендельса.

– Похоже, одна ночь прошла, — произнес гендельс, и Билюти поняла его слова, хотя Айвена не было рядом.

– И мы действительно проспали ее вместе, — сказала она на своем языке.

– Я не чувствую, чтобы это принесло мне неудобства. — ответил гендельс. — Мне было очень приятно.

– Не знаю почему, но мне тоже, — ответила Билюти. — Только я не могу понять, где Айвен.

– Я просто вышел прогуляться, — ответил Айвен. — Посмотрели бы вы на себя, когда спали.

– А это не ты устроил? — спросила Билюти.