До скалы было еще довольно далеко, и машина легко неслась над деревьями, обгоняя ветер.

– Мы могли бы так двигаться все время, — произнесла Билюти.

– Если бы в космосе не было глаз. Сейчас нас видно оттуда, и вполне возможно, что кто-то за нами наблюдает. Поэтому я и направил тебя к скале. Там мы остановимся и двинемся дальше ночью, когда нас не будет видно.

– Нас увидят в инфракрасном свете, — ответила Билюти.

– Об этом я позабочусь. Есть много уловок, чтобы инфракрасное видение ничего не дало. Сигналы радара уже исчезли. Мы оторвались.

Скала выросла. Теперь было видно, что это не просто скала, а выступающая далеко в лес часть гор, которые тянулись через весь горизонт впереди. Они медленно приближались.

– А как их имена? — спросила Билюти.

– Маленького в переводе зовут Тот-который-поймал-бревно. Он в детстве на охоте вместо рыбы поймал в реке кусок дерева. И он еще считается несовершеннолетним. Второй — это его мать. Его имя Подожди-до-завтра. Это любимое выражение, когда его просят что-то сделать, а он не хочет. Меня они прозвали Огромный-белый-дьявол. Перевод может быть неточным в смысле последнего слова. Ты уже поняла, как разделются слова?

– Да, я поняла.

– В именах они не разделяются и произносятся слитно. У них есть и другие имена. Они изменяются, когда гендельс вырастает. Но не очень часто. Как они сказали, в среднем раз в пять лет. Некоторые имена остаются на всю жизнь.

Машина приближалась к горам, и в какой-то момент лес под ней кончился. Слева была огромная гора. Впереди она уходила, извиваясь, к горизонту, где соединялась с линией гор, уходящих направо.

– Здесь мы остановимся, — произнес Айвен. — Это территория Тех-кто-любит-рыбу. Они ловят ее в реках, стекающих с гор.

– Они едят рыбу? — удивленно проговорила Билюти. — Меня тошнит от одного упоминания о том, что кто-то ее ест.

– Я думаю, гендельсам было бы плохо от того, кто ест траву, — ответил Айвен.

– Не думаю, если они могут съесть друг друга, то им ничто не может оказаться противным.

– Я спрошу их об этом, — ответил Айвен и заговорил на языке гендельсов. Ответ гендельсов заставил его взвыть.

– Что случилось? — испуганно спросила Билюти.

– Мне смешно, что не могу удержаться. Они спрашивают, зачем вы убиваете их, если не едите. Насчет травы я был не прав. Им это безразлично. Они сами могут ее есть, если нет ничего другого. Кстати, я могу сделать так, что ты будешь понимать мои разговоры с ними. Я могу передавать перевод мысленно прямо во время разговора. Если же ты захочешь что-то у них спросить, то я переведу им вопрос.

– Это было бы неплохо. Я просто чувствую себя глупой, когда слушаю ваш разговор.

– Это будет не просто перевод. Ты постепенно сможешь понимать их слова без меня. Это будет что-то похожее на обучение.

– А ты можешь точно так же говорить на своем языке?

– Конечно. Это неплохая идея, — проговорил зверь и Билюти поняла, что это слова на языке миу, которые она спокойно поняла. — Такой способ обучения Ивав еще не пробовал, но думаю способ будет эффективным. — Билюти сразу заметила особенности, о которых говорил Айвен по поводу местоимений и некоторых оборотов.

– Они не боятся нас? — спросила она, и Айвен повторил ее вопрос.

– Мы не боимся Тех-кто-ест-траву, — ответил гендельс. — Мы боимся Тех-кто-ест-траву-и-убивает.

Огромный-белый-дьявол не убивает. Мы не боимся его. Тот-который-ест-траву-и-сидит-в-машине не убивает. Мы его тоже не боимся.

Слова гендельсов входили в уши, но они имели смысл потому, что в сознании появлялись их значения, и Билюти чувствовала себя так, словно понимала слова гендельсов.

Машина опустилась около подножия скалы, и Билюти остановила ее.

– Вы можете идти, — сказал Айвен гендельсам. — Но вы обещали, что приведете завтра сюда Того-кто-все-понимает.

– Мы его приведем, — ответил Подожди-до-завтра.

– Ты не сказал подожди до завтра, — произнес Айвен. Оба гендельса мяукнули и выскочив из машины побежали в лес.

– Они не приведут сюда всех своих? — спросила Билюти.

– Может, они и приведут кого лишнего, — ответил Айвен. — Но я им сказал, что Огромный-белый-дьявол может убить каждого, кто попытается тронуть Того-кто-ест-траву-и-сидит-в-машине.

Билюти поняла, что Айвен говорил это на языке гендельсов. Но она поняла, что как бы длинно это ни звучало, это было все же короче по времени, чем на ее собственном языке.

– Но я не слышала, как ты это сказал? — сказала она.

– Я это сказал после того, как третий прыгнул в машину.

– А тебя они не смогут тронуть?

– Тот-который-поймал-бревно уже попробовал, и его рассказа хаватило на троих. Надеюсь хватит и на остальных.

– Что ты с ним сделал?

– Он воткнул в меня свои когти. С таким же успехом он мог воткнуть их в кислоту. Я объяснил им, что ни один гендельс не выдержит контакта с моими клетками в состоянии агрессии. Пришлось довольно долго объяснять слова клетка и состояние, но они поняли и сказали эквивалентные слова. Они довольно неплохо соображают. И я не удивлен. Они ведь смогли построить космические корабли.