– Не нарочно ведь, – стал оправдываться Николай, – не по злому умыслу или сговору.

– Колька, – ожил полный охранник, – глянь! Это кто?

С дивана послышались щелкающие звуки – разбуженный Че решил поздороваться с незнакомыми людьми. Он аккуратно спрыгнул с сиденья и двинулся в сторону Рогачева.

– Мам-ма… – обморочным голосом протянул толстяк. – Жуть жуткая! Лапы… то есть ноги…

Вздрогнув, секьюрити выкатился через разбитое окно в сад. За ним, перекрестившись, ломанулись и другие парни. Че важно дошагал до Рогачева и нежно потрогал его передней лапой. Внезапно Семен Михайлович сел.

– Где? – спросил он. – Что? Кто?

Я хотела успокоить майора, но тут главный секьюрити увидел Че. Ой, простите, забыла упомянуть об одной особенности милого существа: если Че сталкивается с незнакомым человеком, он изо всех сил старается понравиться ему, а для этого поднимает одну лапку, гордо вскидывает голову, задирает хвост и распущает «меховые перья», то есть демонстрирует себя во всей красоте. А красота, как известно, страшная сила.

Рогачев побелел.

– Так и знал, – прошептал он, не замечая никого, кроме Че, – ведь предупреждала меня мама: не гоняйся, сыночек, за чужими женами, в ад попадешь, к Сатане. Так вот вы какие, черти!

Высказавшись, Семен Михайлович закатил глаза и вновь рухнул на пол под нежное воркование страшно довольного Че. Я изумилась: Рогачев лишился чувств от страха?! Хотя в жизни и не такое случается. Вот я все время вспоминаю историю про Пашу, приятеля Тёмы, и никак не могу понять: ну почему милиция отпустила нормального, не сумасшедшего парня, который на глазах у свидетелей задушил женщину???

Глава 28

Спать я пошла ближе к утру, «Скорую помощь» пришлось ждать долго. В конце концов медики прибыли, сделали напуганному Рогачеву пару уколов, охранники запихнули начальство в «уазик» и увезли, Ирка убрала в бане, Иван выкинул на помойку остатки Лягушкаса. Тёма, бесконечно повторяя: «Ну и дрянь присоветовала Лада», – начал заливать горе от потери девятисот девяноста девяти долларов чаем.

Манюша с огромным трудом отскребла Жюли, и сейчас йоркшириха превратилась в голую мексиканскую собачку – большую часть ее шерсти пришлось состричь.

На следующий день около полудня я позвонила Валечке на мобильный и услышала: «Данный номер временно не обслуживается».

После легкого колебания я решила потревожить подругу по служебному номеру. Я не собираюсь обсуждать с Валечкой никакие секреты, просто попрошу сказать, когда мы можем поговорить.

– Сергеев, – сухо сказал мужской голос.

– Позовите, пожалуйста, Валентину Николаевну.

– Она отсутствует.

– А когда придет?

– Завтра.

– Ой, что случилось?

– Ничего, ее отправили в командировку. Если записаны на прием, приходите. Вас непременно примет заместитель Валентины Николаевны.

– Она мобильный не берет, – вздохнула я. – Интересно, почему?

– Батарейка села или из зоны действия сети вышла, – вдруг совершенно по-человечески отреагировал сотрудник ГУИН. И тут же спохватился: – Гражданочка, уже объяснил: Валентина Николаевна отсутствует. Прием проведет другой ответственный сотрудник.

– Спасибо, – сказала я, пораженная вежливостью собеседника. Ну кто звонит в ГУИН? В основном родственники осужденных, а с ними особо не церемонятся, но он разговаривает со мной, как с VIP-персоной.

– Пожалуйста, – отозвался голос из трубки, а вслед за тем полетели гудки.

Я побегала по спальне, потом, налетев в сотый раз на комод, сообразила, что делать. Не имей сто рублей, а заведи сто друзей – очень правильная пословица. Только куда подевалась телефонная книжка? Можете сколько угодно смеяться надо мной, только я по старинке записываю номера на бумажных страничках, а не вбиваю в память мобильного. Сотовый легко потерять, у меня они испаряются с неприятной регулярностью. А потом я мучаюсь, занося в новый телефон нужные номера.

Зашуршали странички… Дягилев, вот кто стопроцентно сумеет мне помочь. Звонить надо по служебному номеру, дома Ринат практически не бывает.

– Дягилев, – заорало мне в ухо.

Я чуть не выпала из кресла.

– Ну и голос, словно труба!

– Гражданочка, вы звоните старшему следователю!

– Ринатик, это я, не узнал?

– Кто? – слегка сбавив громкость, поинтересовался Дягилев.

– Даша Васильева. Как ты себя чувствуешь?

– Дашка! – опять завопил Дягилев. – Супер! Нога совсем не болит, Ваза кудесник.

Я машинально закивала. В ноябре Ринат сломал в двух местах лодыжку. Нет, он не гнался за преступником, не прыгал, преследуя бандита, с третьего этажа и не выскакивал на полном ходу из электрички, желая задержать вора. Ринат в кои-то веки отправился в магазин за новыми ботинками и… «поскользнулся, упал, очнулся – гипс».

Мы с Оксаной пришли его навестить в больнице и пришли в ужас. Лечащим врачом у Дягилева оказалась девочка, явно прогулявшая половину лекций. Ксюня с милой улыбкой порасспрашивала «коллегу», потом вытащила меня в коридор и зашептала: