– А он не все съест, – кинулась с объяснениями Маня, – просто удушит и…

– Замолчи! – рявкнула я. – Торговец Олег говорил, что у его клиентов с Рублевки целые аллеи Лягушкасом засажены. Сильно сомневаюсь в глупости олигархов. Зачем им заросли растений-убийц?

– Наивная вы, Дарь Иванна, – дрожащим голосом заблеяла Ирка, – еще как в хозяйстве такой цветочек сгодится. Для жены, например, или для тещи. Опять же с помойкой не возиться – посыпал ее Лягушкасом и отдыхай!

– Лучше подумайте, как вытащить Жюли! – вернула я домашних к проблеме.

– Ее съедят… – зарыдала Зайка.

– Нет, – решительно ответила Маня, – процесс пищеварения у растений вещь не быстрая.

– Ванька, – подпрыгнула Ирка, – разрывай цветок!

– Почему я? – дрожащим голосом поинтересовался муж.

– А кто еще? – выдвинула железный аргумент Ирка. – И потом, сад – твоя забота!

– Боюсь, – честно признался мужчина.

– Вот ты какой! – всплеснула руками женщина. – А если б меня Лягушкас схватил?

Иван с сомнением покосился на супругу:

– Так он подавится!

– Тише! – одернул вдруг их Кеша. – Слышите?

– Что?

– Где?

– Кто?

– Замолчите! – несвойственным ему командным тоном гаркнул Аркадий.

Воцарилась напряженная тишина. Мои уши уловили вдруг жалобное похныкивание, как будто стонет попавшая в беду мышь.

– Это Жюли! – завопила Маня, бросилась к Лягушкасу и начала расковыривать бутон.

Устыдившийся Иван кинулся на помощь девочке. Цветок оказался крепким.

– Вот дрянь, – пыхтел садовник, – словно из брезента сшит, надо секатором попробовать…

– Там же йоркшириха, – занервничала Зайка. – Лучше консервным ножом.

– Или долотом отжать… – зафонтанировал идеями Иван. – Ща инструмент принесу.

Минут через десять корявые пальцы Ивана вытащили обмякшую Жюли из плена. Несчастная собачка была покрыта ровным слоем прозрачной жидкости и походила на банан в сиропе.

– Вот бедолажка! – заголосила Ирка и стала вытирать морду йоркширихи.

Жюли открыла глаза и издала громкий стон.

– Дыхание самостоятельное, – констатировала Машка, – трубки вводить не надо. Сначала нужно высушить Жюли, а потом я ее посмотрю. Может, Деньке позвонить? Только, Мусик, разговаривать с ним ты станешь: мне он не поверит, решит, прикольнуться решила. Ну, давайте ее сюда!

Иван с Иркой дернулись и посмотрели друг на друга.

– Не отдирается, – с беспокойством сказала Ирка.

– Липкая дико, – добавил Иван.

– Хватит прикалываться, – нахмурилась Машка. – Хоть Жюли и жива, ей требуется помощь. Нашли время для шуток!

– Никак не выходит, – закричала Ирка, – не отдирается!

– Приклеились насмерть, – задудел Иван.

– Два идиота! – топнула ногой Зайка. – Не первое же апреля! Отдайте Машке несчастную псинку!

– Не можем! – простонала в один голос парочка.

– Невыносимо, – закатила глаза Ольга. – Хотите, чтобы вам поверили?

– Зая, стой! – крикнула Маня.

Но Зайка, сердито фыркнув, подскочила к растерянным супругам, взяла Жюли за бока и стала ругать садовника с домработницей.

– Отвратительная манера придуряться. Эй, Ира, не держи Жюли! Иван, отойди! Вау! Что такое? Ой, ой, ой!

– Говорила же, – забыв от нервного стресса про вежливое обращение с хозяевами, завизжала Ирка, – липко! Эта прозрачная гадость почище клея или смолы.

– Конечно, – закивала отличница Маруська. – Лягушкас, очевидно, как и росянка, выпускает некий клейкий сок, иначе ему не удержать жертву.

– Глупости несете, – безапелляционно вмешался в беседу Тёма, – надо хорошенько дернуть. Вот так!

Большая ладонь Тёмы опустилась на заднюю часть йоркширихи, собачка неожиданно бойко завертела головой.

– Ну, что? – мрачно осведомилась Ольга. – Супер получилось?

Тёма попытался оторвать руку.

– Вот зараза, – ошарашенно отметил он, – присобачился насмерть!

Я потрясла головой. Восхитительный глагол «присобачиться» в данной трагикомической ситуации оказался как нельзя к месту. Тёма именно присобачился, по-иному и не сказать.

– Хорошо, что нет Дегтярева, – тихо сказал Кеша, – иначе тут бы уже стоял стол с табличкой «Руководитель штаба» и метались оперативники.

– Лучше помоги, – огрызнулась Зайка, – ржать каждый умеет.

– Вы ее неправильно хватали, – засуетилась Маня.

– В отсутствие полковника ты решила взять его роль на себя? – хмыкнул брат.