— Я перевяжу, — предложила она.

— Нет, — князь перехватил ее руку — Сначала скажи мне, что ты задумала.

— Я? — ее брови поднялись. — Я хочу тебе помочь!

— Но ты только что помогала им — там, с оружием, — возразил князь — И еще раньше, когда хотела меня соблазнить…

Он не договорил — Рогнеда влепила ему пощечину.

— Я? Соблазнить тебя? Да никогда! — Светильник задрожал в ее руке, голубые глаза наполнились слезами — Это грех! Как ты мог подумать, чтобы я… к чужому человеку!..

Властимир был сбит с толку ее слезами:

— Но ведь я сам видел… И только что, на дворе, ты бросилась на меня с мечом и в доспехах…

Буян коснулся его руки, призывая к молчанию:

— Змей.

— Что?

— Змей это был, — уверенно сказал новгородец. — Агриков меч ты получил, теперь он от нас не отстанет. И девой он тоже прикинулся, чтоб не догадались мы… Как ты попала сюда, красавица? — обратился он к Рогнеде.

— Я увидела, что внизу идет бой, и поспешила сюда. В темноте я не разглядела, кто с кем бьется, подумала, что чужеземцы ночью напали на замок. Я решила спрятаться сюда, чтобы они меня не нашли — Рориволд знает об этом подвале. А потом в шелку я увидела твое лицо и поняла, что ты невиновен, — Рогнеда улыбнулась Буяну.

Гусляр встал и отвесил ей низкий поклон:

— За добро и отвагу твою благодарю тебя, красна девица. За нас тебе отплатится добром да счастием — не простые мы люди, богами меченные. Помоги нам еще раз — проведи в конюшню, чтоб мы уехали!

— Сначала надо рану перевязать, — возразила Рогнеда.

Вдвоем с гусляром они прижгли огнем и перевязали руку. Властимир осторожно подвигал ею — было немного больно, но через день-два все должно было зажить.

В дверь мерно и мощно бухал топор, круша дерево. Она уже трещала и шаталась. Торопясь уйти от погони, беглецы поспешили следом за Рогнедой тайными ходами.

Ненадолго показалось Властимиру, что они опять спустились в те подземелья, где он нашел Агриков меч, — те же затхлые коридоры, вода под сапогами, гниль и теснота. Но вскоре путь пошел наверх, и они выбрались к точно такой же двери. Рогнеда достала связку ключей, выбрала один и отомкнула дверь.

— Выходите, — шепнула она. — Конюшня прямо перед вами. Ближайшая ее дверь — боковая. Только будьте осторожны.

Властимир шагнул во двор первым, держа меч в здоровой руке. Буяна Рогнеда задержала, припав к его груди.

— Возьми меня с собой, — дрогнувшим голосом вдруг попросила она.

Буян поцеловал ее:

— Красива ты и любви достойна, ладушка, но есть у меня невеста. Прости!

— Что ж, иди.

И она опустила голову.

Малый двор, открывшийся взорам беглецов, был погружен в полумрак. Удары топора глухо доносились сюда из соседнего двора, отделенного зубчатой стеной. Боковая дверь была закрыта.

Властимир первым добежал до конюшни и коснулся замков ладонью, как делал уже не раз. Двери подались со скрипом. Подоспевший Буян прошмыгнул внутрь и окликнул князя:

— Порядок, Властимир! Кони здесь!

Сторожко оглядевшись — не видел ли кто их, — князь шагнул следом. Буян уже седлал своего Воронка. Трехногий жеребец понуро ждал поодаль.

— Ты, друже, вперед езжай, — предложил гусляр, — да пораскидай их там. С таким конем никакая рана не помеха! Мне дорожку расчистишь. А там, в чистом поле, главное — не потеряться!

Когда всадники вырвались на главный двор, викинги как раз разбили дверь в подвал и один за другим побежали туда, ища беглецов. Конечно, они знали, что те не будут дожидаться врагов под дверью, а уйдут, но все равно были поражены, когда славяне оказались за их спинами.

Лучники на стенах подняли тревогу и вскинули луки, но Властимир пришпорил жеребца, и тот взмыл в воздух, расправляя крылья. Стража, увидев летающего коня, с криками побросала оружие. Некоторые прыгнули во двор, спасаясь, когда конь ловко вскочил на стену.

На ночь мост, ведущий в замок через ров, поднимался. Властимир спустился вниз и, примерившись, рубанул волшебным мечом цепи, удерживающие ворота поднятыми.

Ему показалось, что перед глазами сверкнула Перунова молния, а рука онемела до плеча. Сам он покачнулся в седле, чуть не падая, но цепь была перерублена, и мост с грохотом и лязгом упал. А ворота князь открыл уже привычным способом.

Буян уже несколько минут сражался с викингами. Воронок бился вместе с хозяином, хватая врагов зубами и брыкаясь. Увидев, что путь к свободе открыт, Буян пустил коня вскачь. Несколько викингов попытались встать у него на пути, но испугались мчащегося на них во весь опор могучего жеребца и отступили. Гусляр по мосту выскочил из замка. Над ним мелькнуло брюхо златогривого жеребца. Он пролетел в небе и пропал в лесу у подножия горы.

До нее было гораздо ближе, чем показалось вначале. Воронок вломился в заросли, проскакал не более версты, когда на прогалине, где дорога уже явственно шла вверх, встретился всадник на златогривом коне. Властимир приветствовал друга взмахом руки и направил жеребца к вершине горы, которая виднелась над кронами деревьев.