В розоватом дыму курильниц варвар увидел украшенное акантами и метопами просторное ложе с высокой спинкой, под тюлевым пологом, опирающееся на искусно выполненных золотых лебедей. Занавески были раздвинуты, Зана возлежала на атласных подушках в своей полупрозрачной цикле, низко открывавшей грудь. Ее великолепные черные волосы свободно падали на розовые плечи, в ушах поблескивали крупные серьги в виде серебряных полумесяцев с агатовыми блестками. Этой крепко сложенной брюнетке было около тридцати, но, благодаря неустанным заботам служанок, цирюльников, массажистов, банщиков-кастратов, а также заморским благовониям, мазям и притиркам, выглядела она великолепно.

— Садись, бритунец, — указала хозяйка виллы холеной рукой на низенький пуфик напротив своего ложа. — Ты один? А где же твой бледный граф?

— Он уехал, — ответил Конана, опускаясь на сидение, которое прогнулось под его тяжестью так, что он опустился чуть ли не на пол, а его колени, обтянутые потертой кожей штанов, поднялись к самому подбородку. — Выздоровел и уехал. И рассчитаться забыл… Кром, не найдется ли у тебя табуретки покрепче и повыше?

Зана смерила его внимательным взглядом темных глаз и хлопнула в ладоши. Мамба принес трехногий резной стул, на который, удовлетворенно хмыкнув, киммериец и уселся.

— Так ты из Бритунии? — спросила хозяйка. — Ваши женщины красивы, однако, на мой вкус, слишком светлокожи. А мужчины, которых мне до сих пор приходилось видеть, хоть и заплетают косы таким же манером, как ты, но более тонки в кости и низкорослы…

— Мой отец был киммерийцем, — соврал Конан первое, что пришло в голову. — Он бежал от преследований и навсегда поселился в Бритунии. Я там родился и вырос.

— Расскажи мне об этой стране, — попросила Зана. — Бастан, кажется?

— Что ж рассказывать? Бритуния покрыта лесами, и от одной усадьбы до другой бывает по нескольку дней пути. Замки там в основном строят из вековых бревен, хотя есть и каменные. Короля выбирают, но власть его не слишком крепка. Вот, пожалуй, и все.

— Ну нет, — со смехом отвечала Зана, — так легко ты не отделаешься! Не каждый день приходится беседовать с живым северянином. Неужели в ваших краях нет диковинок, достойных упоминания?

Конан вспоминал рассказы путешественников, которые записывал Афемид. Сейчас он был благодарен магистру, который тешил в свое время короля чтением удивительных баек долгими зимними вечерами под треск камина. Чутье подсказывало, что с этой женщиной надо держать ухо востро, поэтому Конан начал рассказывать одну из них:

— Есть в Бритунии озеро Мистенсил. На его берегу лежит бревно, с которого местные селянки полощут белье, а детишки ныряют в воду. Обыкновенное с виду бревно. Только ничего ему не делается: не гниет оно, хотя и наполовину погружено в воду. Прадеды помнят, что оно всегда там лежало. А самое удивительное вот что. Во время весеннего паводка, бревно это уносит в озеро. И все же, когда вода спадает, оно каждый раз возвращается и ложится точно на свое место. Один из местных как-то решил утащить его к себе на двор и положить такую крепкую древесину в сруб колодца. На следующее утро бревно было на месте, а мужчину нашли с перерезанным горлом: то ли разбойники убили, то ли еще кто…

— Может быть, это какая-нибудь ведьма тешится? — спросила Зана.

— Нет там никаких ведьм. Хотя, разное болтают… Только никто это бревно не трогает, хотя и почтения к нему особого не испытывают. Раз молодой князь, приехав за данью, напился и велел зарыть комель в землю. Он прожил в селении достаточно долго, но бревно так и не появилось. Князь гордо удалился. По дороге он погиб в стычке с немедийцами. А дерево вернулось на свое место после первого же паводка. Я сам там был и, стоя на нем, умывался в озере.

— Удивительная история, — молвила Зана, — хотя бывают и пострашнее. Что еще поведаешь, бритунец?

— Да не мастак я рассказывать! — в сердцах воскликнул ее посетитель. — Послушай, сиятельная донна, меня привела к тебе нужда. Я уже говорил, что мой бывший хозяин исчез, не заплатив ни гроша…

— …и ты явился за наградой, которую я обещала за свое спасение возле ипподрома?

— Да, — буркнул варвар, мысленно еще раз пожелав Да Дергу опуститься на дно морское со всем своим островом. Больше всего Конан не любил чего-нибудь просить. Тем более женщин. Конечно, золото можно было бы раздобыть и менее унизительным способом — обворовать или ограбить кого-нибудь — но у киммерийца была еще одна причина явиться на виллу дель Донго, смирив свою гордость.

— И что бы ты хотел получить? — томно спросила красавица.

Она переложила ногу, и сквозь разрез циклы стала видна верхняя часть соблазнительного бедра. Зана вытянула узкую ступню в сандалии с загнутым носком и пошевелила пальчиками, похожими на белые фасолины.

— Мне нужен корабль, — сказал варвар, не замечая разочарования, которое скользнуло по лицу женщины.

— Корабль! Зачем?

— Хочу попытать счастья в южных морях, — усмехнулся Конан. — Мы могли бы договориться на часть прибыли…