–  На самом деле, я не уверена, что вы правы. Термин "регицид" - как мне представляется - относится к правящему монарху. Однако, - заторопилась она, - ладно. Я предпочла бы избежать и принцессоцида тоже. Я действительно не имела в виду ничего плохого. Мне просто надо было доказать Иржи, что я не хвастаюсь.

Танди переместила не переполненный восхищением взор на разведчика Лиги.

–  Вышестоящий вы офицер или нет, коммандер…

–  Не беспокойтесь, лейтенант Палэйн. Мои уста на замке, - улыбка Вантапонгсе теперь была очень кривой.
– Я же видел, как вы работаете на ринге в полный контакт, помните? И у меня никогда не было проблем с правильной расстановкой приоритетов. Пребывание в живых для меня намного приоритетнее возможности посплетничать.

Он сделал два шага и опустился на диванчик напротив Виктора и Танди.

–  Так что давайте вернёмся к делам, - он кивнул в сторону Берри и Руфи.
– В то время пока вы двое были… хм… недоступны, мы набросали план. Вы, лейтенант Палэйн, возглавляете штурм "Фелисии", контролируя скафандры принцессы и амазонок до тех пор, пока не достигнете судна. Как только проникнете на борт, вы командуете операцией - в вашем распоряжении будет ваша специальная группа и принцесса Руфь в качестве технического специалиста. Мы рассчитываем, что вы должны быть в состоянии достигнуть мостика за два часа.

Он скривился.

–  Нам остается только надеяться, что этого времени окажется достаточно. Но я боюсь, что нам никак не избавиться от того факта, что миз Зилвицкая - до сих пор представляющаяся принцессой - должна будет перейти на "Фелисию" в течение часа. Я не думаю, чтобы кто-то сомневался в том, что маньяки Темплтона исполнят свою угрозу.

Виктор яростно нахмурился.

–  Такого в плане не было. Как вы и сказали, это маньяки. Мы не можем оставить миз Зилвицкую в их руках на несколько часов. Никоим образом.

–  Или так, или восемь тысяч человек превратятся в плазму, - прямо заявила Берри.
– Поступайте как знаете, Виктор Каша. Но на самом деле это не имеет значения, поскольку решение за мной и я его уже приняла.

Глаза Танди широко распахнулись.

–  Восемь тысяч?

–  Да. Люди Темплтона в своей передаче показали внутренние помещения "Фелисии". Судно этих ублюдков набито людьми под завязку. Все они генетические рабы с базы разведения "Рабсилы" на Джарроде. Главным образом, техники и чернорабочие. Конго поглощает рабов как костер.

Всё это семнадцатилетняя девушка произнесла совершенно спокойно, её голос даже не дрогнул. Голос, которым она произнесла следующие слова, казалось, был вообще бесцветен.

–  Они не станут меня убивать, Виктор. Во всяком случае не сразу же. Самое плохое, что может случиться - вполне стандартная практика для масадцев - они меня изнасилуют. Меня раньше уже насиловали. Я разберусь с этим после. Восемь тысяч жизней перевешивают это. Так что обсуждать нечего.

Виктор несколько секунд не сводил с неё глаз. Затем кивнул. Скорее в знак уважения, чем согласия.

–  Тогда ладно. Но ты пойдешь не одна. Я с тобой.

–  Вы что, правда сбрендили?
– запротестовала Берри.
– О чем вы думаете? Вас они пристрелят на месте.

–  Не пристрелят, - Виктор выдавил слабую кривую улыбку.
– Не после того, как я проболтаюсь, что располагаю критически важной для них информацией. Которую я, разумеется, откажусь раскрывать. И поскольку наши программы защиты от применения "сывороток правды" даже лучше мантикорских, им придется прибегнуть к пытке. Это должно также отвлечь их внимание от вас.

–  Какой "критически важной информацией"?
– потребовала ответа Руфь.

Виктор пожал плечами.

–  А я знаю? Выдумаю что-нибудь за имеющийся час. Для меня самая большая проблема, это как изобразить вашего… гувернёра, или кого ещё. Человека, который настоял на том, чтобы вас сопровождать. Мой акцент трущоб Нового Парижа трудно замаскировать.

–  Просто чуточку раскатите ваше "р", - предложил Вантапонгсе.
– И время от времени вставляйте в разговор французские слова. Хевенитский выговор отлично сойдёт, поскольку они всё равно не заметят разницы. Вы можете выдать себя за учёного с Гарчеса.

При виде недоумения Виктора он добавил:

–  Это планета в секторе Вентан. Очень нищая, но исходно колонизированная всякими безмозглыми интеллектуалами. Их основной экспортный товар - страдающие манией величия новоиспечённые наставники.

Танди встревожено смотрела на Виктора.

–  Виктор… Я примчусь туда так быстро, как только смогу, но…

Он улыбнулся ей. Затем, решив, что бессмысленно таиться от людей, которые всё равно видели их в постели вместе, подарил Танди нечто вроде откровенно вожделенного взгляда.