– Очень. А этот ракурс – и вовсе нечто, – согласился я, с трудом сдерживая смех.

Девчонка сразу же разогнулась и, ссыпав монеты в карман, представилась:

– Ася.

– Ксан.

– Зацепило, да?

– Что? – я даже немного растерялся.

– Моя песня. Я еще тогда почувствовала. Она тебе подходит. Или скорее это ты подходишь ей?

Синие глаза девочки с любопытством смотрели на меня, а рисунок на лице менестрельки окончательно пришел в негодность, потому что в задумчивости Ася провела мокрой ладонью по лбу. Черно-белые ручейки сразу же заскользили по ее коже, оставляя после себя серые дорожки. Почувствовав это, девочка подставила под струи воды ладони и старательно умылась.

– А как ты узнаешь, что песня и человек подходят друг другу?

– Смешной вопрос! Конечно, я это чувствую. Когда я смотрю на проходящих мимо людей, в голове появляются слова, поначалу я не знаю, чья это песня рвется наружу, но потом… Я умею читать язык тела. Ты остановился, явно не собираясь этого делать, да и еще… ты ни разу не отвел взгляда от меня.

Если честно, я не совсем понимал, как такое возможно, хотя и слышал о людях, предсказывающих что-то именно так, спонтанно. И конечно эта девочка, если ее спросить прямо, никогда не поймет, почему выделила меня из толпы. Она просто почувствовала – вот и вест сказ.

– Ладно, я закончила – пойдем, – она выбралась из фонтана и дернула меня за рукав.

– Куда? – не понял я.

– Ну, ты видимо просто ищешь собеседника, а я проголодалась, так что мы идем есть! – уверено заявила Ася и потащила меня в какое-то ей одной известное место.

Девчонка затащила меня в таверну. Само по себе это не удивительно, но конкретно это место, называвшееся по-простому "У фонтана", было… необычным. И при других обстоятельствах я бы никогда сюда не сунулся, потому что здесь было… многоэльфно. Не думал, что в Вирде есть места, где так много остроухих, причем сразу всех мастей…

Кажется, я очень много не знал о месте, в котором провел последние два года жизни. Или не хотел знать, ибо намерено от меня никто ничего не скрывал.

Ася, заметив мою настороженность, нахмурилась.

– Никогда здесь не был, да?

– Не был, – честно признался я. От такого обилия эльфов мне было не по себе, создавалось впечатление, что я снова оказался дома – в худшем смысле этого слова. А ведь никто из ушастых даже взгляда не бросил в нашу сторону!

– И не знал об этом месте, верно? – посмотрев мне прямо в глаза, спросила менестрелька. Что-то стояло за этими вопросами и еще больше стояло за ее взглядом, но я так и не сумел понять, на что она намекала.

– Не знал.

– Ясно, – тяжело вздохнула Ася, так словно только что поставила мне диагноз… или вынесла приговор. – Позволь догадаться, эльфов ты не любишь, а еще свято веришь в заговор всех иных против твоей особы.

– Не люблю. И не то чтобы всех, но пока желающих в тихую поучаствовать в моей судьбе среди остроухого племени было немало. Причем всех мастей и расцветок.

Девчонка удивленно выгнула бровь. На почти детском личике моей знакомой это смотрелось как-то… необычно.

– Это где же ты так наследил? Хотя нет, лучше не говори – мне пока нравится моя тихая и размеренная жизнь.

Очень верное решение. Особенно для девчонки лет тринадцати от роду.

Я на секунду прикрыл глаза. Пытаться воззвать к силам сидя в окружении почти трех десятков эльфов (и не спрашивайте, откуда столько взялось – сам удивляюсь!) – особо зверский способ покончить с собой. Но разве меня это когда-нибудь останавливало?

В ушах гулко стучит кровь. В такт пульсу чуть подрагивают пальцы на левой руке. Воздух медленно расползается по всему телу, даря покой и какую-то внутреннюю уверенность в собственной правоте. Ну и пусть это попахивает паранойей! Но с моей жизнью иначе уже нельзя!

Мгновение… другое… третье… странно, что никто еще не заметил такой грубой работы с потоками, хотя это ведь большей частью из школы моридов, а в зале эльфов этой масти я не заметил… все же они редко покидают свои озера.

Резко распахнув глаза, я посмотрел на свою собеседницу… Если честно, после Тони я был уже готов ко всему, вот только…

Ася оказалась на редкость чистым созданием, не запятнанным ничем посторонним. Даже аура у нее была сияюще-белая, к ней еще не пристали пятна эмоций и страстей, не протянулись цепи служения…

Это просто девочка, Ксан. И уж конечно, она никак не связана ни с твоей семьей, ни с ушастыми.

Хотя она и не совсем обычна. Можно даже сказать – особенная. В ее возрасте пребывать в такой гармонии с самой собой и миром практически… нереально.

Нереально. Чудесно. Волшебно. Но только и всего. Тебе просто попался еще один хрупкий, но удивительный цветок. И не стоит его втаптывать в грязь сомнений и догадок.

– Ксан… – девочка почему-то испуганно тронула мой рукав.

– Что случилось? – я постарался улыбнуться как можно мягче.