– Я прочитаю его первая! – объявила тетка.

Малинда прогремела грозой, обрушила и расколола половину дубов в старом оленьем парке, залила водой пахотные земли Димплешира… ну, почти. Все-таки ей удалось сдержаться и пропеть сладким голосом:

– Ах, право, тетушка, вас это не касается. Просто какой-нибудь Клинок хочет узнать, не желаю ли я с ним встретиться в конюшне.

Даже у таракана было больше чувства юмора, чем у Агнес. Хмыкнув, она сломала печать и развернула бумагу. И умерла.

Короля во дворце не было. Канцлер и сэр Бандит сопровождали его, куда бы он ни шел. Через час постаревший лет на десять заместитель командира созвал в покоях принцессы совет. У двери стояла дюжина Клинков с мрачными лицами. Стража окружила всех свидетелей, в том числе трех лакеев, которые прибежали на крик, вызванных лекарей и даже пажа. Мальчишка плакал.

Большинство женщин были по-прежнему бледны и дрожали, даже две Белые Сестры, в чью задачу входило выявлять подобные смертельные заклинания. Принц Кортни Мэйширский единственный из всех сохранял полнейшее спокойствие, он казался скорее удивленным, нежели опечаленным. Кортни, конечно, подходил к жизни цинично, но лицемером он не был никогда. Они с матерью старались держаться друг от друга подальше.

Малинда сидела в кресле с обивкой геральдических цветов, которую Агнес велела натянуть всего неделю назад; остальным приходилось стоять. Она яростно сжимала зубы и в то же время постоянно укоряла себя, что не чувствует никакой скорби по погибшей тетке. Принцесса сама едва избежала смерти, и, возможно, нервная реакция еще придет.

– Судя по всему, – сказал сэр Дредноут, – изменники метили в ее высочество и только случайно убили ее королевское высочество.

– Прекрасное изложение очевидных фактов!

Кортни стоял рядом с Малиндой, прислонившись к ручке кресла, как будто не в состоянии держаться прямо из-за тяжести пышного наряда.

– Это первое покушение на мою жизнь? – спросила она.

– Нет, ваша светлость, – неохотно ответил Дредноут.

– В самом деле? Когда командир Бандит вернется, доложите ему, что я желаю видеть его как можно скорее!

Как он только посмел!

– Да, миледи. Рольф? – Паж поднял заплаканные, красные глаза. – Ты ни в чем не виноват, парень. Ты просто делал свою работу. Мы узнаем, как письмо попало во дворец, но я сомневаюсь, что это приблизит нас к убийцам. Так, Сестры…

– Да, мы ошиблись! – рявкнула Сестра Зола. – Но мы предоставим отчет только Матери-настоятельнице!

Дредноут выпятил челюсть, как будто собирался возразить. Малинда опередила его.

– Тогда прошу вас, сообщите, что я тоже виновата.

Все в комнате зашумели.

– Тихо! – прикрикнул Дредноут. Когда все замолчали, он спросил: – Но в чем, ваша милость?

– Агнес каждое утро ходила к врачам. Я заметила, что Сестры стараются держаться подальше от нее в течение нескольких последующих часов – не только Зола и Ива, но все остальные Сестры, которых нам назначают. Думаю, им мешали последствия заклинания исцеления. Я просто удивилась и ничего не сказала, хотя должна была осознать грозившую опасность и предупредить. – Малинда, несомненно, так бы и поступила, если бы эти идиоты сообщили о предыдущих покушениях. – Я сделала глупость. Если бы вы стояли ближе, вы бы почувствовали заклинание, правда?

Сестры обменялись беспокойными взглядами.

– Мы должны ощущать ловушки с того места, где стояли! – сказала высокая Ива.

– Необязательно! – Дредноут снова возглавил совет. – Заклинатели-изменники усовершенствуют заклинания так, чтобы они проходили незамеченными для Сестер. Мы не знаем, как им это удается, но видим, к чему приводит. С сегодняшнего дня вы будете стоять ближе к подопечным. Старшая обсудит этот вопрос с Матерью-настоятельницей. Злодеи становятся все хитрее, нельзя, чтобы они узнали, как близки они были к победе. Поэтому я намерен держать смерть принцессы в тайне. Ясно? – Он окинул взглядом около двух десятков испуганных лиц и неуверенно обратился к Кортни: – Ваша светлость, конечно, мы выражаем глубочайшие соболезнования по поводу…

– Пожалуйста, не стоит.

Дредноут закусил губу. Он очень хорошо обращался с мечом, но тягаться с желчным принцем никому не было под силу.

– Надеюсь, в «Газете» объявят, что вы с матушкой выехали со двора, дабы посетить новые поместья.

– Объявляйте все что вам угодно, мой дорогой. Кто ее читает?

– Ваше высочество окажет нам содействие?

– Нет.

И Кортни зевнул с самым безразличным видом.

Малинда решила вмешаться:

– Сэр Дредноут, неужели вы действительно считаете, что сможете сохранить дело в тайне? То есть тайно вынести тело тети из дворца? Думаю, официально она должна умереть через недельку-другую? Как вы заставите столько человек молчать?

Он кивнул.

– Полагаю, это вполне возможно, ваша милость. Очевидно, его величество скажет окончательное слово, когда вернется, но до той поры я возьму со всех присутствующих клятву молчания.

Конечно, Дредноут не мог все это выдумать за один час. Он следовал некоему правилу, а значит, случай с покушением в самом деле далеко не первый.

– Полностью одобряю, – сказала принцесса. – И я поклянусь первой.

– Я действительно должен бежать, – сказал Кортни. – Я подбираю музыкантов для новой оперы и уже опаздываю на несколько часов. Твое мужество поражает нас всех, дорогая.