Было все так же весело, но публика стала другая, хотя денег у них было не меньше.

Эти перемены происходили так медленно, что Фиона их поначалу не замечала, и вдруг однажды вечером она огляделась вокруг и увидела в одном углу доктора Хаймера, а в другом двух женщин на привычных местах, и поняла, что все изменилось.

Шикарной публики осталось совсем мало, на многих посетителях не было вечерних костюмов, многие завсегдатаи явно перекочевали из других полутемных ночных клубов.

«Интересно, в чем дело?» — подумала она и решила спросить Пола.

Фиона почти не видела Пола в последние дни. Он похудел, но был так же оживлен, а одеваться стал даже лучше, чем прежде. Сомнений не было, что Пол может привлечь женщин любого возраста.

В тот вечер Фиона сидела за своим столиком, надеясь, что Пол подойдет и ей выпадет случай поговорить с ним.

Заметив его танцующим с крупной полной женщиной, которая ему явно наскучила, она подумала, что, увидев ее в одиночестве, Пол воспользуется возможностью улизнуть от своей партнерши.

И она не ошиблась — через несколько секунд Пол подсел к ней, утирая платком лоб.

— Ф-ф-фу! — выдохнул он. — Жарко, да еще пришлось таскать по залу эту жуткую старую бочку.

Фиона рассмеялась.

— Сразу видно, ты не получил большого удовольствия от танца.

— Правда? — воскликнул он озабоченно. — Мне следует быть повнимательнее. Демонстрировать скуку — большая ошибка. Это оттолкнет от меня людей.

Фиона улыбнулась, увидев его серьезное лицо.

— Ничего страшного, — утешила она, — число клиентов у тебя вроде бы не уменьшается.

— Неужели я и в самом деле выглядел недовольным? — вновь повторил Пол и поднялся.

— Не уходи, — поспешно сказала Фиона. — Я хочу с тобой поговорить.

— Подожди минутку, — попросил он. — Я сейчас. Не закажешь ли для меня бренди с содовой?

Фиона кивнула, подозвала официанта, а Пол исчез в коридорчике, ведущем к мужским раздевалкам.

Вернулся он через пять минут в гораздо лучшем расположении духа.

«Он в самом деле необычайно красив, — заметила про себя Фиона, — глаза темные, блестящие, черты лица тонкие, и при этом у него крупная фигура, высокий рост и изящные манеры».

Пол вскоре пришел в очень хорошее настроение, наслаждался выпивкой и настаивал на танце с Фионой.

Танцуя, они прошли мимо доктора Хаймера, и Пол приветственно помахал ему рукой.

Доктор Хаймер весьма недвусмысленно дал ему понять, что хочет с ним поговорить. Пол, кивнув головой в знак согласия, повел Фиону назад к столику.

— Терпеть не могу этого типа, — объявила Фиона, когда они остановились. — Почему ты с ним так подружился, Пол?

Но Пол не ответил. Он как-то странно взглянул на нее, передернул плечами и двинулся через толпу к столику доктора Хаймера.

Клуб проработал почти четыре месяца, и к ним до сих пор ни разу не нагрянула полиция, невзирая на явное нарушение правил торговли спиртным.

Что тому было причиной — взятки или простое везение, Фиона судить не могла, хотя кое о чем начала догадываться, почему не трогают заведение, предназначенное для забав высшего общества.

Примерно в этот же период на работу в клуб взяли нового служителя при туалетных, и Фиона почувствовала к нему совершенно необъяснимую неприязнь.

Она, разумеется, не слишком часто с ним сталкивалась, но он взял себе за правило торчать в дверях мужской раздевалки и следить за людьми, проходившими вверх и вниз по лестнице.

— Просто не выношу этого новенького, — сказала она Полу примерно через неделю.

— Ничего в нем такого нет, — чуть ли не враждебно возразил Пол.

— О, я уверена, что ничего нет, — отвечала Фиона, — и мне просто кажется. Но в то же время ничего не могу с собой поделать — он мне очень неприятен.

— Ну, по-моему, это глупо, — сухо отрезал Пол и встал, удивив ее неожиданной резкостью.

«Почему он так разозлился из-за моего неприязненного отношения к одному из работников клуба?» — задумалась Фиона.

Но поскольку ответить на этот вопрос было некому, она переключилась на свою работу и пошла танцевать со старичком, которому уже давно следовало бы думать о душе.

Три дня спустя Фиона пришла в клуб подавленная и хмурая.

В последнее время она почему-то с большим трудом заставляла себя веселиться, и ей все тяжелее было заражать весельем гостей.

Голова в тот вечер буквально раскалывалась, и Фиона едва доплелась от квартиры до клуба.

Внизу все шло, как обычно. Официанты накрывали столы, оркестранты только что прибыли и настраивали инструменты, повторяя одну и ту же ноту, от которой можно было сойти с ума.