И она станет его женой. Наблюдая за спящим Кридом, она продолжала мечтать об их будущем, о том, как они поженятся, как она будет лежать в его объятиях в ночь любви, как станет воспитывать его детей и стариться вместе со своим мужем.

Миссис Крид Мэддиган. — Миссис Крид Мэддиган. — Она улыбнулась, произнеся это имя вслух. Засыпая, она продолжала улыбаться.

Крид медленно просыпался, чувствуя, что согрелся впервые за много дней. В сознание проникал знакомый запах. По его груди рассыпались чьи-то шелковистые волосы. На талии покоилась чья-то рука; чья-то длинная изящная нога плотно прижималась к его бедру.

Джесси. Его тело безошибочно и мгновенно отреагировало на ее близость. Какое-то время он продолжая лежать с закрытыми глазами, боясь пошевелиться, впитывая ее тепло и представляя, как чудесно было бы на протяжении всей жизни каждое утро просыпаться в ее объятиях.

Он отогнал эти мысли прочь. «Какой же я все-таки дурак. Думал, что способен обосноваться где-нибудь на одном месте. И я еще больший дурак, если думал, что смогу избавиться от своего прошлого». Похоже, неприятности подстерегали его на каждом шагу. Пока Джесси находилась рядом с ним, он чувствовал себя спокойно. Но он вздрогнул от страшной мысли о том, что случилось бы с ней, не найди он ее.

— Пиламайя, Ате, — прошептал он тихо. — Благодарю Тебя, Всевышний. За то, что Ты позволил мне найти ее и сохранил целой и невредимой.

Джесси пошевелилась, но не проснулась, и Крид открыл глаза. До чего же она красива! Нежная кожа, покрытая легким загаром, казалась необыкновенно гладкой. Волосы напоминали огненную лаву, льющуюся по плечам и захлестнувшую его грудь.

Не в состоянии совладать с собой, он ласково дотронулся пальцами до ее щеки. Какая нежная! Крид разразился молчаливыми проклятиями. Какую жизнь он может предложить ей? Он — полукровка. Наемный убийца. Осужденный и находящийся в розыске. Господь знает, что она заслуживает лучшей жизни, чем он когда-нибудь сможет ей дать. Если даже ему каким-то образом удастся оправдаться, он по-прежнему останется полукровкой, бездомным двуличным бродягой.

Крид уставился на маленький кусочек неба, виднеющийся сквозь дымовое отверстие вигвама. Джесси нуждается в такой жизни, которую ей может предложить только достойный человек, и он должен убедиться в том, что она ее получит.

Он перевел взгляд вниз и увидел Джесси, пристально глядящую на него с легкой улыбкой на губах.

— Ты здесь, — прошептала она. — Я боялась что все это сон, проснусь, а ты исчезнешь.

— Теперь не исчезну.

Она взяла его руку и прижала к сердцу.

— Я скучала по тебе.

Крид кивнул:

— Я тоже.

— Они нас отпустят?

— Не бойся. — Он улыбнулся в ответ. — Я ведь сражался не только за тебя, но и за нашу свободу Утром мы уйдем отсюда.

Джесси заколебалась.

— А как ты себя чувствуешь? Сможешь держаться в седле?

— Не совсем хорошо, но я хочу увезти тебя отсюда, и как можно скорее.

— Если хочешь, можем остаться здесь денька на два. Я не против.

— Зато я против. Мне не нравится, как он смотрит на тебя.

— Кто? Ча-и-чоуп?

Крид презрительно фыркнул:

— А кто же еще?

— Он как раз проявлял ко мне большое внимание и доброту.

— Могу побиться об заклад…

— Крид, это совсем не то, что ты подумал.

— Как бы не так. Я видел, как он на тебя смотрит. — Крид пристально взглянул на Джесси, прищурившись. — Послушай, может быть, ты хочешь остаться с ним?

— Не валяй дурака.

— Прости. — Крид быстрым движением взлохматил волосы на ее голове, слегка поморщившись от внезапно возникшей боли в груди.

—Мне кажется, торопиться нам не стоит, — сказала Джесси.

— А мне кажется, что стоит. И чем скорее мы уедем, тем лучше. И давай на этом закончим.

Когда они собрались выезжать из деревни, уже рассвело. Чтобы показать свое расположение, Ча-и-чоуп дал им в дорогу еды на двоих, бурдюк с водой и ружье. Он еще предложил Криду гетры из оленьей кожи, рубашку свободного покроя и пару мокасин. Крид принял подарки, поблагодарив его весьма сдержанно.

Прежде чем окончательно распрощаться, Ча-и-чоуп подарил Джесси хорошенькую маленькую гнедую лошадку, безусловно, для того, чтобы она помнила его или, возможно, в знак особого к ней расположения. От внимания Крида не ускользнуло и то, как он по-хозяйски смотрел на Джесси, когда передавал ей поводья лошадки, и то, как его руки задержались на талии девушки, когда он подсаживал ее на лошадь. Не остался не замеченным для Крида и брошенный в его сторону обжигающий взгляд Ча-и-чоупа, в котором сквозила ревнивая ненависть.

Заскрежетав зубами, Крид взобрался на свою лошадь. Он с сожалением подумал о том, что они не покинули деревню раньше. А теперь вот стемнело.

В пути он настаивал на том, чтобы ехать как можно дольше, пока ночная мгла не окутает все вокруг, в то время как Джесси уже несколько раз предлагала остановиться на ночлег.

Лицо его исказилось от удивления и гнева, когда он услышал, как она тихо пробормотала что-то вроде «упрямый тупица», но ему хотелось как можно быстрее и дальше отъехать от индейской деревни. «Эх, если бы так не ныли ребра! Черт, как это некстати! А как Ча-и-чоуп смотрел на Джесси!» От этого Крид не испытал ни малейшего восторга.