— Мы с вами только этим и занимаемся: говорим, говорим. Отвечайте: как вы проникли в мой дом? Где Паула? Я ничего не понимаю.

— Сядьте, — спокойно произнес окружной прокурор. — и не кипятитесь, сэр.

— Почему вокруг дома столько машин? — продолжал Мелвин. — Кто там, наверху?

— Там люди, пришедшие к вашей жене, — невозмутимо ответил Селби. — Присядьте. Я хочу спросить кое о чем у вас.

— Ну так спрашивайте, и покончим с этим.

— Джентльмены, — вступил в разговор Парлин, — мне кажется…

— Что вам кажется? — живо спросил Селби.

— Ничего, — бросил Парлин, не выказывая желания продолжать диалог.

Мелвин взял из вазы одну из шоколадных конфет и вызывающе уставился на прокурора:

— Мы вас слушаем!

Парлин протянул руку, сгреб оставшиеся конфеты, прихватив еще леденцов, и сел в кресло, в котором раньше спала Паула.

— У вашей жены наверху сейчас доктор, — произнес Селби.

— Паула? Что случилось?

— Она, по всей видимости, приняла большую дозу снотворного.

— А что за доктор? — спросил Мелвин.

— Которого привез я.

Мелвин соскочил со стула и через ступеньки бросился на второй этаж.

— О Боже, Селби! — воскликнул Парлин. — У Паулы Мелвин не было никаких причин сводить счеты с жизнью. Она… нет, это никак не укладывается в голове!

— Я не говорил, что она собиралась свести счеты с жизнью, — поправил его окружной прокурор.

— Тогда что вы имеете в виду? Уж не хотите ли вы сказать, что… что кто-то подсунул ей препарат без ее ведома?

— Не исключено.

— Каким образом? Я не понимаю.

— Парлин! — раздался сверху взволнованный голос Мелвина. — Поднимитесь, пожалуйста, на минутку. Мне нужен свидетель.

Хадсон Парлин быстро пересек комнату и ступил было на лестницу, как вдруг в дверь позвонили.

— Мне открыть? — крикнул Парлин, поднимая голову.

— Наверное, это Гренби. Впустите его.

Селби бросил на Брэнд она многозначительный взгляд, поднялся и доложил в вазу две шоколадные конфеты.

Парлин открыл дверь и сказал:

— Привет, Гренби. — Он чуть запнулся и с намеком произнес: — У нас гости… официальные.

— О, привет, джентльмены! — улыбнулся Гренби. — Как поживаете?

— Кажется, миссис Мелвин злоупотребила снотворным, — ответил Селби.

Гренби сочувственно поцокал языком.

— Не рано ли вы делаете подобные заключения, Селби? — спросил Парлин.

— Может быть, — последовал лаконичный ответ окружного прокурора.

— Парлин! — снова послышался сверху голос Джима Мелвина. — Поднимитесь, пожалуйста, сюда.

— Иду, иду, — ответил Парлин, поворачиваясь к окружному прокурору и шерифу. — Извините меня.

И он стал тяжело подниматься по крутой лестнице.

Селби перехватил взгляд Рекса Брэндона, незаметно вынул из кармана коричневый футляр для очков и положил его на напольную пепельницу на высокой ножке, которая стояла возле стола с вазой для конфет.

— Я так и знал, что что-то случилось! — громко произнес Гренби, входя в гостиную. — Видел, как ваша машина мчалась по городу!

— И тут же сообразили, что мы мчались именно сюда? — удивленно поднял брови Селби.

Гренби проигнорировал замечание прокурора, подошел к столу, на котором стояла ваза с конфетами, и сказал:

— Бедный Джим! И его несчастья не обошли стороной. Зато с контрактом у него все в ажуре. Я сделал все, как говорил.

— В контракте что-нибудь изменилось? — задал второй вопрос Селби.

— Контракт остался тем же, но теперь он полностью принадлежит Джиму.

Селби посмотрел на Рекса Брэндона.

— Я-то подумал, там что-то изменилось, и вы поэтому так спешили к Джиму.

— Вообще, — откашлялся Гренби, — действительно, надо обсудить кое-какие детали. — Он протянул было руку к конфетам, но раздумал и, повернувшись к окну, продолжал: — Пожалуй, я у вас тут немного побуду.

Сказав это, он уселся в кресло, стоявшее возле пепельницы.

Селби незаметно подмигнул шерифу и сказал:

— Интересно, как у них там дела наверху.

— Пожалуй, мне стоит поговорить с доктором, — подхватил Брэндон. — От неизвестности я места себе не нахожу.

Гренби закурил сигарету, бросил спичку в пепельницу и случайно дотронулся до коричневого очечника. Он взял его, покрутил и хмуро произнес: