– Не бросит.

– У него просто не хватило времени, чтобы понять… – Она нерешительно замялась. – Точно, Гарри, если бы он ухаживал за мной подольше, он бы, возможно, понял, что ошибается. – И она улыбнулась' – А тем временем, если он не ошибается, я бы могла выучиться всему тому, что он может от меня потребовать. Да, дядя, так будет лучше всего. Сейчас Кейн поступает просто из благородства…

– Постой, постой, девочка, – перебил Гарри. – По поводу ухаживания…

– Ох, Гарри, но ведь это – единственный выход, – затараторила Джейд. И я настаиваю на отсрочке в один год. Держу пари, он согласится!

Придя в восторг от такого мудрого решения, Джейд выпорхнула из комнаты. Гарри поправил сползшие очки, зажал под мышкой букет и поспешил за ней.

– Постой! – окликнул он.

– Я должна сию же минуту поговорить с Кейном, – бросила она через плечо.

– Девочка, да куда же ты несешься! Я тебе еще не все сказал!

Джейд была уже в холле, когда Гарри добрался до лестницы.

– Они собрались в гостиной! – только и успел выкрикнуть он. кубарем скатываясь по ступеням.

Джейд застыла на пороге гостиной, распахнув дверь и увидев там целое сборище. Гарри догнал ее и силой взял под руку.

– Мы должны сделать все, как положено, девочка, – прошипел он ей на ухо.

– Почему здесь так много людей? – удивилась она.

Медленно переводя взор с одного на другого, Джейд узнавала всех присутствующих, кроме коротышки с тонзурой на голове: зажав в руках толстенную книгу, он стоял возле французских дверей па веранду, увлеченно беседуя с герцогом и герцогиней Вилльямширскими.

Кейн, привалившись к камину, что-то говорил Лайону и, видимо, почувствовав ее появление, на полуслове прервался и обернулся. Его лицо стало серьезным и торжественным.

Ей же было невдомек, что здесь происходит.

Кейн поспешил навстречу, полный решимости принять огонь на себя.

– Я не успел ей объяснить, – пробормотал Гарри.

– Вижу, – отрезал Кейн. – Джейд, милая, мы собрались здесь, чтобы…

– Я сам скажу, – настаивал Гарри.

Он крепко сжал руку Джейд так, чтобы она не могла пустить в ход ногти, и выпалил:

– Девочка, не будет никакой отсрочки на год.

Джейд ответила все тем же невинным, ангельским взором.

Гарри еще крепче сжал ее руку и добавил:

– Но зато у тебя будет свадьба.

Наконец-то до нее дошло: ее глаза снова засияли знакомым изумрудным пламенем. Она попыталась вырваться, но Гарри держал крепко.

– И когда же будет эта свадьба? – хриплым шепотом спросила она.

Гарри скривился и ответил:

– Сейчас.

Джейд открыла было рот, чтобы протестующе вскрикнуть, то Кейн встал к ней вплотную и безапелляционно произнес.

– Все очень просто, Джейд, но можно и усложнить. Выбирай сама.

Джейд закрыла рот и посмотрела на него. Она была близка к панике. Ее била дрожь.

– Просто – это значит, ты сама подойдешь к священнику и произнесешь брачные клятвы.

– А если усложнить?

– Я отволоку тебя за волосы. – Кейн постарался насупиться, чтобы она и не думала сомневаться в его решимости. – В любом случае я добьюсь своего: мы поженимся.

– Кейн… – В ее голосе звучал неподдельный ужас; у него защемило сердце.

– Решай же, – настаивал Кейн. – Просто или со сложностями?

– Я не позволю тебе бросить меня! – шептала она. – Не позволю! Я первая тебя брошу!…

– Что это ты лопочешь, девочка? – недоумевал Гарри.

– Джейд! Ты выбрала? – торопил Кейн, не обращая внимания ни на ее протесты, ни на растерянность Гарри.

– Просто, – шепнула она, понурившись. Он кивнул.

– Я сам отведу ее к священнику, – заявил Гарри. – Натан, – окликнул он. – Следуй за нами.

– Обождите минуту, – велел Кейн.

Пока Джейд тряслась от ужаса, а Гарри обменивался пламенными взглядами с герцогиней, Кейн поспешил к священнику и вручил ему исписанный лист бумаги.

Наконец-то все было готово. Колин занял место подле брата, опершись на его руку. Джейд поддерживал Гарри.

Джейд поклялась первая – отступление от традиции, на котором настоял Кейн. Он, в свою очередь, не спускал глаз со своей невесты, позволив ей потупить взор во время его клятвенных обещаний. Затем он поднял ее лицо за подбородок, и она посмотрела ему в глаза, а священник тем временем захлопнул книгу, развернул врученный ему листок бумаги.

– Клянешься ли ты до конца дней своих оставаться со своей супругой? – прочел он. – Даешь ли слово перед ликом Господа и собравшихся здесь свидетелей, что никогда не бросишь ее, пока смерть не разлучит вас?