Глаза Джейд удивленно распахнулись. Она внимательно слушала эти необычные вопросы.

– Клянусь, – прошептал Кейн, когда Джейд снова обернулась к нему. – А теперь последнее, – потребовал он у священника.

– Но это совершенно не принято, – прошелестел в ответ священник и все же спросил у Джейд:

– Обещаешь ли ты сказать своему супругу, что любишь его, до захода солнца?

– Обещаю, – просияла Джейд.

– Вы можете поцеловать невесту, – провозгласил священник.

Кейн с готовностью повиновался. Подняв голову, он сказал:

– Теперь ты моя, – развернул к себе и крепко обнял – Я никогда не повторяю своих ошибок, милая.

– Не понимаю, Кейн, – ответила девушка, с трудом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. Ноги ее подкашивались. – Почему священник не потребовал с меня тех же самых клятв о том, что я тебя не брошу?

– Я знаю, что ты ни за что не нарушишь данного тобой слова, – пояснил он. – Только ты должна дать его добровольно. Скажи мне, когда будешь к этому готова.

Больше Кейн ничего не успел ей сказать, так как их окружила толпа желающих поздравить и пожелать счастья новобрачным.

Гарри стоял поодаль вместе со своей командой, промокая глаза кончиком пояса. Мачеха Кейна, судя по всему, была безмерно счастлива принять Джейд в семью. Конечно, ведь ей неизвестно, что ее новоявленная невестка на самом деле – известный по всему побережью пират.

– Ваш дядя будет часто навещать вас? – поинтересовалась леди Гвенет, перехватив быстрый взгляд Гарри.

– Он живет слишком далеко от Англии, – заверила Джейд, – и вряд ли сможет появляться чаще чем раз в год.

Кейн уловил облегчение, проступившее на лице у мачехи, и рассмеялся.

– Мама нервически реагирует на твоего дядю.

– О, вы совершенно напрасно беспокоитесь, – всполошилась Джейд. – На самом деле Гарри – добрейший человек Если бы вы познакомились с ним поближе.

Леди Гвенет подобное предположение повергло в совершенное замешательство. Джейд не могла понять отчего.

– У Гарри совсем недавно возникла именно эта идея, – вмешался Кейн. – Он искал возможности как можно ближе познакомиться с мамой.

Поскольку Джейд не видела, как Гарри едва не утащил герцогиню прямо через парадные двери, она не могла понять причин испуга леди Гвенет и веселья Кейна.

– Ну, сынок, сейчас не время..

– Вы назвали его сыном, – перебила Джейд. – А назвал вас мамой – я не ослышалась?

– Но ведь он и есть мой сын, – заявила леди Гвенет. – Как же еще прикажете мне его звать, дорогая? Я имею на это право.

– Ох, – прошептала Джейд, не в силах сдержать счастливой улыбки, – значит, я ничего не понимала. Я думала, что он зовет вас мадам, а вы никогда, ни разу не называли его сыном. И я хотела, чтобы… да, я ошиблась.

Ни Кейн, ни леди Гвенет не стали разубеждать Джейд. Они обменялись лукавыми улыбками.

– Где Генри? – внезапно забеспокоилась герцогиня. – Сюда же направляется Гарри! – И она, подхватив юбки, бегом припустила туда, где стоял сэр Генри, прежде чем Кейн или Джейд успели ее перехватить.

– Тебя волновали мои отношения с семьей? – шепнул Кейн.

– Но ведь у каждого должна быть семья, – смущенно пробормотала девушка, – даже у тебя. Гарри снова сунул букет ей в руки:

– Это последние розы, которые собирал для тебя Джимбо. – И он звучно чмокнул ее в лоб, а затем обратился к Кейну:

– Я бы хотел поговорить о пожаре, который следует устроить на корабле. Завтра его уже полностью перекрасят под «Изумруд».

– С вашего позволения, я хотела бы переговорить с Натаном, – в свою очередь, сказала Джейд, заметив, что брат в гордом одиночестве стоит на террасе.

Кейн слушал Гарри и в то же время ни на секунду не спускал глаз с невесты. Джейд что-то долго втолковывала Натану, тот беспрестанно кивал, оставаясь серьезным. Более того, он явно растерялся, когда Джейд протянула ему одну из роз.

Он тряхнул головой, она, судя по всему, на чем-то настаивала.

Но вот Натан улыбнулся, принял розу и обнял сестру.

Перед Кейном впервые раскрылась душа Натана В эти мгновения он позволил себе сбросить обычную личину; лицо его светилось любовью.

Кейн не стал вмешиваться. Он терпеливо дожидался Джейд.

Гарри с командой тоже внимательно следили за Натаном, и когда тот взмахнул белой розой, небо содрогнулось в приветственном кличе. Матросы радостно бросились к нему, а Мэттью с Джимбо с удовольствием замолотили его по спине.