Эти руки! Как бешено билась я, сама того не желая, в их кольце, не в силах с собой совладать, не в силах устоять, сдаваясь, отдаваясь сладостному рабству! Меня, землянку, он низвел до состояния корчащейся в экстазе рабыни.

— Я бы выпил паги, — проговорил он.

— Я знаю, куда идти, — подхватила я.

— В «Чатку и курлу»?

— Да, хозяин.

— А девушки там есть?

— Да, хозяин.

— И ты?

— Да, хозяин.

— Как давно я не обладал тобою…

— Обладай мною снова в «Чатке и курле», — смело взглянув ему в глаза, прошептала я.

— А ты соблазнительная шлюшка, Йата.

— Смеет ли Йата предположить, — осторожно начала я, — что когда-то хозяин был к ней чуть-чуть неравнодушен?

— Рабыня хочет плетки? — бросил он в ответ.

— Нет, хозяин. — Я опустила голову.

— У меня других дел полно.

— Пожалуйста, хозяин, — испуганно ловя его взгляд, взмолилась я, — пойдем с Йатой в «Чатку и курлу».

— Я занят.

— Но хозяину хочется паги, — вкрадчиво напомнила я. Он усмехнулся.

— А Йата, — ластилась я, — задержалась на верфи. — Вспомнился раб, которого в наказание натравил на меня торговец. Я свое получила сполна. Заставил ответить его ласкам, точно рабыню раба. Мне бы давно пора вернуться в таверну, вымыться, привести себя к вечеру в порядок. — Опоздала. Если Йата вернется так поздно без клиента — хозяин будет недоволен.

— А мне-то что за дело, — он пожал плечами, — если девчонку привяжут и высекут?

— Конечно, хозяин, — кивнула я. — Но Йате так хочется подать хозяину паги! — Стоя на коленях на дощатом настиле, умоляюще глядя на него, я не отнимала от него ладоней. — Возьми меня вместе с чашей, хозяин! Прошу тебя, хозяин!

Он смотрел сверху вниз.

— Пожалей рабыню, хозяин! Возьми меня с чашей паги, хозяин! Прошу тебя!

— Веди меня в твою таверну, рабыня, — улыбнулся он.

— Спасибо, хозяин! — выдохнула я и опустила голову: не хватало еще, чтобы увидел улыбку, прочел в глазах радость победы, переполнявший меня триумф! Звеня колокольчиками, я робко поднялась на ноги и едва дыша отправилась в «Чатку и курлу».

Позади слышались его шаги.

За моей спиной опустилась щеколда — закрылись двойные железные ворота.

И тогда, внезапно повернувшись, я закричала, указывая на него: «Он из Ара! Он враг! Хватайте его!»

Клитус Вителлиус ошеломленно уставился на меня.

— Хватайте его! — кричала я. Рука его потянулась к левому бедру. Но меча-то нет!

Страбо, помощник Аурелиона из Коса, бросился на него, но тут же мощным ударом был отброшен прочь. Клитус Вителлиус свирепо озирался.

— Хватайте! — надрывалась я.

Двое работников поспешили к воротам. Из-за столов повскакали мужчины.

Рванувшись к воротам, Клитус Вителлиус попытался вырвать щеколду. Не тут-то было! Затворы уже встали в пазы.

Еще кто-то бросился на него и тоже полетел на пол. Он наклонился к Страбо — сорвать с ремня ключи. На поясе у того болталась целая связка. Держа ее за кольцо, он полоснул ключами по лицу второму работнику. Тот, истекая кровью, с криком покатился по полу. Пытаясь не подпустить к себе врагов, Клитус Вителлиус размахивал тяжелой связкой висящих на огромном — дюймов десять — кольце. Кто-то из мужчин схватил его за ноги. Двое других навалились сверху. Завязалась борьба. Подключились еще двое. И вот у самой его груди, там, где порвалась морская туника, застыло лезвие меча. Прижав к перекладине ворот, его держали четверо. Примчался Аурелион. — Что здесь происходит? — взревел он.

— Это Клитус Вителлиус из Ара! — закричала я, указывая на могучего окровавленного пленника. — Предводитель воинов Ара!

— Шпион! — крикнул кто-то.

— Убить шпиона! — зашумели вокруг

— Он называет себя Тием Рейаром, гребцом из Тироса, но он из Ара! Клитус Вителлиус! Из Ара! Предводитель!

— Тебе не поздоровится, рабыня, — пристально глядя на меня, процедил Аурелион, — если ошиблась.

— Я не ошиблась, хозяин!

— Кто ты? — обратился Аурелион к пленнику.

И тут мне стало страшно. Сможет убедить их, что он действительно гребец из Тироса — плохи мои дела. Живьем сварят в жире тарлариона. Меня прошиб пот.

— Скрывать свое имя от презренных ничтожеств из Коса? И не подумаю, — заявил он. — Я Клитус Вителлиус, предводитель воинов Ара.

— Вот видите! — Я залилась смехом.

— Принесите цепи, — велел Аурелион.

Глаза Клитуса Вителлиуса остановились на мне. Я съежилась под его взглядом. А на него уже надевали оковы.