А хозяйка продолжала расписывать достоинства гостиницы. Стайка служанок во дворе помахала странной постоялице руками. Рэйко, с трудом сдержав раздражение, ответила им кивком и отвернулась от окна. Нельзя ссориться с этими женщинами, слуги умеют мстить по мелочам, что особенно вызывает досаду.

Гостиница наполнилась шумом: гости начали укладываться спать. Разговоры и смех со всех сторон вдобавок ко влажной жаре и стрекотанию хозяйки доконали Рэйко. В Эдо у нее была определенная свобода. Она навещала подруг и родных, общалась с осведомителями. А здесь даже выйти некуда!

В коридоре раздались голоса Сано и детективов Марумэ и Фукиды.

— Пожалуйста, приготовьте для моего мужа ванну и обед, — чуть не крикнула Рэйко.

Хозяйка кинулась исполнять поручение. Сано, потемневший от усталости, вошел в комнату, держа под мышкой завернутую в ткань папку, и улыбнулся. Рэйко, чувствуя прилив нежности, тихо молвила:

— Добро пожаловать.

Сано нахмурился:

— Прости, что вынужден был оставить тебя одну. Все в порядке?

То, что он беспокоится о ней, даже когда голова занята серьезным делом, растрогало Рэйко до глубины души.

— Все прекрасно, — сказала она, сморгнув слезы. — Не терпится узнать, как твои дела.

Сано открыл рот.

— Нет-нет, — перебила Рэйко, — сначала отдохни.

После того как Сано выкупался и переоделся в прохладное хлопчатобумажное кимоно, Рэйко подвинула ему поднос с прозрачным бульоном, поджаренной речной рыбой, моченой редькой и рисом. Прихлебывая из чашки, он рассказал об обстоятельствах смерти Левого министра Коноэ.

— Значит, это убийство, — сказала Рэйко, мысленно потирая руки в предвкушении охоты на душегуба. — Да еще с применением техники киаи. Дело обещает быть интересным.

— И трудным, — уточнил Сано. Он сделал паузу, вынимая палочками кости из рыбы. — Есть надежда получить вскоре кое-какие улики. Не забывай и про допрос членов императорской семьи. Как только соберу факты обсудим. Я очень ценю твое мнение.

Рэйко упала с небес на землю.

— Обсуждения, мнения... Это все, что ты позволишь мне сделать для расследования?

— Прошу тебя, не расстраивайся. — Сано положил палочки на поднос. — Послушай...

Но Рэйко была не в состоянии справиться с разочарованием.

— Я должна участвовать в поисках улик, в опросах подозреваемых. Чтобы выдвигать полезные идеи, я должна ознакомиться с местом преступления. Я понимаю, традиция запрещает жене спорить с мужем, но ты сам говорил, что у нас необычный брак. В конце концов, неужели я проделала такой путь, чтобы сидеть в четырех стенах?!

— Я привез тебя сюда, чтобы защитить, — напомнил Сано.

— От канцлера Янагисавы, который в Эдо.

— Не только. Это расследование чревато крупными неприятностями.

Но Рэйко предпочитала опасность скуке.

— Я ничего не боюсь.

— А напрасно, — помрачнел Сано. — Владение приемами киаи делает убийцу Левого министра опаснее любого преступника.

— Почему это он опаснее для меня, чем для тебя? — возмутилась Рэйко. Будучи старше на одиннадцать лет, Сано часто напоминал ей расхожий образ чрезмерно заботливого папаши. — От «крика души» не спасают ни комплекция, ни сила.

— Но защищают опыт и многолетние тренировки в боевых искусствах. Существуют специальные упражнения для укрепления воли. Сильная воля — это основное условие для овладения приемами киаи и единственное оружие против него.

Рэйко распрямила плечи и уперла в талию кулаки.

— Так ты полагаешь, раз я моложе тебя и меньше знаю, то вообще ни на что не гожусь?

— Вовсе нет, — криво усмехнулся Сано.

— Еще неизвестно, насколько тебе помогли твои упражнения, — проворчала Рэйко, опуская руки на колени. — Ты никогда не имел дела с мастером киаи.

Сано поднял пустую чашку, посмотрел на дно и поставил на поднос.

— Прости, Рэйко. Я не мог тебя взять сегодня на место преступления, и завтра ты не пойдешь со мной в императорский дворец. Самураю нельзя повсюду ходить с женой, позволять ей вмешиваться в дела... Ты же понимаешь, так не поступают.

Повинная мина на лице мужа показала Рэйко, что спорить бесполезно. Сано сочувствует ее позиции, но нарушать общественное табу не намерен.

— Должно же быть что-то для меня, — прошептала Рэйко. — Разве нет свидетелей, которых нужно исподволь расспросить?

— Пока нет.

Рэйко печально кивнула, покоряясь доводам Сано. Однако, припомнив некоторые обстоятельства дела, она взбодрилась:

— Послушай, ведь среди подозреваемых есть женщины. Верно?

— Ну да, мать императора госпожа Дзёкио и его наложница госпожа Асагао, — осторожно согласился Сано, чувствуя подвох.