Сёсакан и в самом деле не собирался убивать канцлера, хотел только заставить подчиниться. Но оскорбление привело его в ярость. Больше двух лет Сано терпел выходки Янагисавы из уважения к его должности, а также из опасения за свою семью. Теперь терпение готово было лопнуть. Сано понял: если смолчит, то убьет Янагисаву, а там будь что будет.

— Ты называешь ни на что не способным меня? — крикнул он. — Ты, который не смог самостоятельно найти Льва и, конечно, ничего не добился бы в этом расследовании без помощи ерики Хосины и моей!

Янагисава задохнулся от изумления:

— Как вы смеете разговаривать со мной в подобном не?! — От злости бледное лицо порозовело. — Вы забыли, кто я такой?!

— Это ты забыл, что находишься в моей власти! — парировал Сано. — Это ты самый трусливый человек в мире! Ты послал Лису на убийство, потому что не решился сделать это лично. Ты вонзаешь нож врагам в спину, ибо не имеешь храбрости встретиться с ними лицом к лицу!

— Замолчите! — приказал Янагисава.

Сано, которого опьянило чувство внутренней свободы, шлепнул мечом по вельможной шее; канцлер отшатнулся.

— Мы оба замолчим. Только я на время, а ты навсегда. Брось кинжал, подлый, злобный, трусливый позор Бусидо!

Канцлер понял, в каком состоянии находится Сано, и разжал ладонь. Мягкий звук отрезвил Сано. Сёсакан оттолкнул мыском сандалия кинжал и ослабил хватку на рукояти меча. Что, если бы он убил канцлера?

Перед мысленным взором промелькнули картины: он стоит над окровавленным трупом; Совет старейшин приговаривает его к смертной казни; судья подмахивает приговор; Рэйко, члены их семей, друзья, слуги, сослуживцы идут к месту публичной казни... Сано ужаснулся тому, что чуть было не поступился честью ради утоления гнева. «Как мало я себя знаю!» — подумал он.

Взглянув на лицо Янагисавы, выражавшее своего рода уважение, Сано осознал, что и канцлер недооценивал его. Похоже, Янагисава всегда полагался на то, что самодисциплина удержит сёсакана от ответного удара. «И то хлеб, — усмехнулся Сано, — теперь, прежде чем напасть, может, хорошенько пораскинет мозгами».

— Зачем Хосина подставил госпожу Асагао? Рассказывайте! — потребовал Сано.

Янагисава взглядом указал на клинок.

— Вы не возражаете, если я присяду? — заискивающе поинтересовался он.

Сано отвел меч. Янагисава глубоко, с дрожью, вздохнул и робко выпрямился; пот струйками стекал по лицу.

— В тот вечер, когда сёсидай устраивал банкет, Хосина сказал мне, что госпожа Асагао ненавидела Левого министра Коноэ и солгала относительно того, где была во время убийства. Я предположил, что вы решите обыскать апартаменты наложницы, и велел Хосине достать типичные для нее кимоно, испачкать в лошадиной крови, подсушить и спрятать там, где их нашла ваша жена. Так он и поступил. Потом Хосина по моему распоряжению провел с Асагао беседу. Ерики настоятельно порекомендовал ей сознаться в убийстве. Она отказалась. Тогда Хосина от моего имени пообещал ей за сотрудничество с нами помилование. «Иначе, — сказал он, — вас казнят, потому что вина за убийство Коноэ в любом случае падет на вас». Когда Асагао согласилась, Хосина приказал слугам Левого министра подтвердить существование любовной связи, а фрейлинам — отречься от слов, подтверждающих алиби наложницы.

— И все это для того, чтобы ошибочным арестом я подорвал свою репутацию следователя? Вам мало было моей смерти, вы хотели выставить меня дураком, — печально заметил Сано.

— Да, — через силу выдавил Янагисава. — Главная наложница императора идеально подходила к моему плану. Кроме того, мне нужно было дать настоящему убийце повод уничтожить вас.

— Так, значит, Аису должен был меня убить?

Янагисава презрительно хмыкнул:

— Куда ему!

Сано прикинул, кто готов ради Асагао на все.

— Вы полагаете, убийца — Правый министр? Хосина не сказал мне, что он входит в число подозреваемых, — стало быть, вы приберегли его для себя. Вам и Правому министру послали приглашение на ночную аудиенцию к императору?

Канцлер вздохнул:

— Не только ему. Хосина отправил анонимные письма и императору Томохито, и госпоже Дзёкио, и принцу Момодзоно; он предупредил их, что вы намереваетесь тайно обыскать дворец его величества.

«Ясно, коварный Янагисава поостерегся делать ставку на одного Исидзё, — подумал Сано. — Подстраховался, известив остальных подозреваемых. Наверняка у кого-то из них есть основания желать гибели следователю».

— В анонимках Хосины подробно описан маршрут, которым его люди поведут вас через императорскую территорию, — продолжал Янагисава. — Мы с Аису и телохранителями устроили засаду, чтобы поймать Исидзё на месте преступления. Вдруг я ощутил в воздухе странную вибрацию. Мы увидели призрачное сияние и услышали громкий хрип. Я очень испугался. Аису с телохранителями тоже. Я приказал всем держаться вместе, но они бросились врассыпную. Я последовал за Аису, и вот... — Янагисава задрожал. — Милостивые боги, что это был за вопль! Он швырнул меня на землю. Я не мог ничего делать, кроме как лежать и кричать от боли. — Канцлер перевел дыхание. — Когда вопль прекратился, в ушах у меня звенело, внутри все болело, тошнота подкатывала к горлу. Я встал и посмотрел на Аису. Он был мертв. Потом вновь появилась вибрация. Она была слабой и наверняка исходила откуда-то из-за домов. Убийца был там, я чувствовал его присутствие. Он готовился к новому воплю, чтобы запугать меня. — Янагисава истерично рассмеялся.