Фукида нахмурился:

— Вы были в императорской резиденции?

— Да. Госпожа Дзёкио сказала, что господин Ибэ имеет дом в районе красильщиков. Вы должны немедленно ехать туда!

— Не думаю, что это хорошая идея, — отозвался Фукида. — По-моему, следует подождать.

— Подождать чего? — возмутилась Рэйко. — Неужели вы намерены сидеть сложа руки, пока убийца вашего хозяина разгуливает на свободе?

Фукида принялся разглядывать залитую солнцем многолюдную улицу:

— Сёсакан-сама приказал мне охранять вас. Я должен выполнять его приказы.

— А где детектив Марумэ? Пусть едет он.

Фукида беспомощно развел руками.

— Тогда я поеду сама! — разозлилась Рэйко.

— Мне очень жаль, но я не могу этого допустить. — Фукида повернулся к слугам: — Вы больше никуда не понесете ее без моего разрешения.

— Да, Фукида-сан, — хором ответили те и поклонились.

— Вы не смеете так поступать! — в ярости вскричала Рэйко.

— Пожалуйста, зайдите в дом, досточтимая госпожа Рэйко, — попросил Фукида.

Рэйко стрельнула в него уничтожающим взглядом, вскинула голову, вошла в гостиницу, миновала коридоры и хлопнула дверью своего номера так, что застонали косяки. Переборов желание упасть на пол и заплакать, она заменила шелковое кимоно хлопчатобумажным, а обувь на высокой платформе — соломенными сандалиями. Затем она привязала кинжал к руке и выглянула за окно и в коридор. Не обнаружив Фукиды, она выскользнула из Особняка Нидзё и шмыгнула за ворота.

Вскоре она взмокла от пота; страшно захотелось пить. Но купить чего-нибудь прохладительного она не могла: дамам не полагалось иметь при себе денег, они пользовались кредитом у знакомых уличных торговцев.

Конные самураи и крестьяне, нагруженные товарами, обгоняли Рэйко. Пыль оседала на обувь и полы кимоно. Рэйко избегала смотреть на прохожих, молясь, чтобы и на нее не обращали внимания. И боги хранили ее: мужчины, бросавшие на пикантную «мещаночку» плотоядные взгляды, остерегались к ней приставать — должно быть, считали сумасшедшей. Едва держась на ногах от усталости, она добралась до района красильщиков у моста Сандзё.

В мастерских помешивали краску в дымящихся бочках и расписывали шелк. Рэйко пошла по тропе вдоль реки Камо, высматривая дом даймё Ибэ. Закон запрещал региональным правителям устраивать резиденции в Мияко, поэтому они ограничивались скромными, незаметными для властей жилищами. Рэйко не спросила у Дзёкио, как та узнала о местонахождении незаконной собственности Ибэ. «Какая разница? — думала она. — Лишь бы сведения на обгоревшей бумаге оказались верными, лишь бы не получилось так, что я проделала весь этот путь напрасно».

Справа с балконов и крыш свисала сохнущая материя, слева ремесленники полоскали длинные великолепно расписанные куски ткани, превращая воду в натюрморты, пейзажи и супрематистские картины. Тропа свернула в сторону узких двухэтажных строений за высокими заборами. Мимо них сновали посыльные, служанки и носильщики паланкинов. Особняк Ибэ был предпоследним.

Рэйко обошла квартал. Во всех домах она заметила признаки жизни — служанки, высунувшись из окон, стряхивали метелки, во дворах играли дети. Только дом Ибэ с опушенными бамбуковыми жалюзи выглядел необитаемым. Сдерживая волнение, она постучала в двустворчатые ворота, навешенные на прямоугольные столбы и увенчанные остроконечной крышей.

Ответа не последовало. Рэйко постучала еще раз, громче. Послышались скрип дверей и шаги. Засов на воротах со скрежетом отодвинулся; створы приоткрылись. Перед Рэйко возник коренастый, по-плебейски остриженный мужчина в коротком коричневом хлопчатобумажном кимоно. Рябое лицо нахмурилось, подозрительный взгляд окинул незваную гостью с головы до ног.

— Да? — прорычал мужчина.

Враждебное поведение и отталкивающая внешность испугали Рэйко.

— Я... я ищу господина Ибэ, — пролепетала она.

— Нет здесь таких. — Мужчина начал закрывать ворота.

— Подождите, — удержала створку Рэйко. — Я знаю, этот дом принадлежит даймё Ибэ. Мне нужно с ним поговорить.

Мужчина похотливо осклабился:

— Зачем тебе какой-то Ибэ? Я совсем не хуже. — Он потянулся и потрепал Рэйко по подбородку.

Она содрогнулась от омерзения.

— Кто вы?

Мужчина отдернул руку:

— Не твое дело.

— Кто здесь живет? Что происходит?

— Пошла вон, шлюха! — Мужчина захлопнул ворота и задвинул засов.

Рэйко в отчаянии подняла глаза на дом. Мужчина держался так, словно ему было что таить. «Как же выяснить, что разнюхал Левый министр Коноэ, и тем самым раскрыть убийство Сано?»

Рэйко поспешила к соседнему дому. В ответ на стук раздался голос служанки:

— Да, госпожа?

— Простите, — сказала Рэйко, изобразив смущенную улыбку. — Нельзя ли воспользоваться вашей комнатой отдыха? — Это было вежливое обозначение туалета. — Я причиняю вам беспокойство, но мне невмоготу.

Служанка оглядела простолюдинку и пожала плечами: