Вполне достаточно. Целая жизнь.

Дверь открылась, и лакей провел Каррала и его слугу во внутренние покои.

— Не может быть! — послышался женский голос. — Ваша замечательная дочурка не могла погибнуть в ночь, видевшую кончину моего племянника!..

— Тем не менее это правда, — с трудом проговорил старый лорд.

Искреннее смятение в голосе леди Беатрис растрогало его.

Маленькими прохладными руками взяла она руки Каррала. Леди Беатрис стояла так близко, что можно было различить аромат духов и пудры в волосах, смешанный с дымом и горьким запахом зажженных свечей.

— Потерять племянника-воина ужасно, хотя не совершенно неожиданно. Потерять красавицу-дочь, подававшую такие надежды… Как могло случиться?..

— Она бросилась с моста в Вестбрук, предпочитая утонуть, нежели стать пешкой в игре моего брата Менвина и его союзника, принца Иннесского… и его слуги, который называет себя Эремон.

— Хаффид… — прошептала леди Беатрис.

— Да.

— Я ненавижу даже звук его имени, — сказала женщина и взяла лорда под руку. — Пойдем, поговорите со мной. У нас общее горе. Кто еще может понять сейчас наши сердца?

Леди Беатрис подвела лорда через комнату к открытому окну. Каррал чувствовал, как внутрь льется ночь.

— Чем я могу вам помочь, лорд Каррал? Кажется, не случилось ничего такого, что заставило бы вас приехать сюда сразу после смерти дочери.

— Ничего не произошло, леди Беатрис, — ответил лорд и глубоко вздохнул. — Я здесь для того, чтобы объявить себя главой дома Уиллсов, а моего брата — узурпатором. Я опровергаю все его заявления, отказываюсь от его политики, от его союза с принцем Иннесским, у которого свои амбиции. Принцу нужен был внук-наследник, в котором текла бы кровь Уиллсов, чего уже, увы, не свершится, хотя это и к лучшему. Это жертвенный дар моей дочери. И я не допущу, чтобы страшная жертва была напрасной.

Каррал замолчал, размышляя, похожи ли его слова на речь обезумевшего от горя отца. Однако отступать было поздно, и лорд продолжал:

— Лорд Торен Ренне планировал вернуть Остров Битвы клану Уиллсов. Это было еще до того спектакля, который устроили Менвин и принц Нейт на балу. Теперь у вашей семьи нет выбора — они не могут вернуть Остров тем, кто планирует развязать войну. Но если вы не вернете его, Остров сам станет поводом для начала боевых действий. Я могу разрешить эту дилемму. Признайте мои права, верните мне Остров… и я подпишу мирные соглашения с Ренне.

Каррал слышал, как участилось дыхание леди Беатрис, которая поняла причину его визита.

— То, что вы предлагаете, лорд Каррал… заслуживает самого тщательного рассмотрения. Ваш поступок великодушен, поскольку вы чтите память дочери и ее волю. Кроме того, по благородным, как мне кажется, причинам вы стремитесь предотвратить войну. Но я не уверена, что это предложение в конце концов поможет решить проблему. Менвин и принц Нейт используют ваши действия как предлог к войне, утверждая, что мы удерживаем вас здесь против воли, или же предъявят другие нелепые обвинения. Все что угодно, лишь бы оправдать свои преступные намерения. А в их планы входит, как вы уже сказали, только одно — война.

Лорд видел, как леди пытается успокоиться.

— В таком случае ваш ответ — «нет»?

— Я не имею права принимать подобные решения. Вы должны поговорить с моим сыном, лордом Тореном Ренне.

— Но вы — самый ценный его советник.

Леди Беатрис крепче взяла Каррала под руку, как будто он был дорогим кузеном, приехавшим погостить.

— Я всего лишь один из советников, и далеко не самый ценный, должна признать. Однако я все равно поговорю с ним. Кроме того, я постараюсь устроить вашу встречу…

Внизу послышался ужасный звук, похожий на нечеловеческий крик боли.

— Это главные ворота, лорд Каррал, — пояснила леди. — Через них проносят гроб с телом моего покойного племянника, лорда Ардена Ренне. Вам известно, кто его убил?

— Пожалуйста, скажите, что то не воин Менвина или Хаффида.

— Как бы мне хотелось, чтобы это было именно так… Увы, его убили собственные кузены. Знаете, почему?

— Не знаю.

— Они приняли его за лорда Торена, которого собирались убить, чтобы таким образом воспрепятствовать возвращению Острова Битвы семье Уиллсов.

Леди Беатрис прерывисто вздохнула и еще ближе прильнула к Карралу.

— Не изволите ли сесть, миледи?

Женщина снова вздохнула и покачала головой.

— Не важно, сколько прошло времени, — прошептала она, — если это невозможно выдержать.

— Что именно?

— Боль своего разбитого сердца.

Бэйори сидел, сгорбившись, и смотрел на пламя небольшого костра.

Никто не заговорил с ним и даже не поприветствовал. Страшная новость застала друзей в пути: этой ночью утонула Элиз Уиллс, утонула в реке Вестбрук, и никому не было известно, сделала ли она это сама или же ее убили.