Первый воин долго кашлял и хватал ртом воздух, пока наконец не смог стоять на ногах.

— Кто из вас умеет плавать? — спросил Хаффид. Несколько человек выступили вперед, среди них и принц Майкл. Хаффид ткнул пальцем в него.

— Так. Ты пойдешь первым. Сбрось кольчугу.

Затем он обратился к Сэмюлю Ренне:

— А ты будешь его сопровождать.

Обернувшись, Хаффид приказал:

— Всем идти строго за ними. Не отклоняться! Эти гнусные ямы роет какая-то рыба и мечет в них икру. Таких ловушек полно в здешних местах. У меня нет времени спасать каждого дурака, который не смотрит под ноги.

Принц расстался с прекрасными доспехами, сбрасывая их, как змея кожу, и наблюдая, как они тонут в мутной воде. Набивной камзол он оставил, но даже в нем сразу почувствовал прохладу. Принц заметил, что ни Хаффид, ни кто-либо еще не последовал его примеру.

— Что ж, похоже, мы пойдем в расход скорее, чем его рыцари, — шепнул Сэмюль.

Принц Майкл пожал плечами.

Они пошли впереди, чувствуя за спиной присутствие Хаффида, направляющего их, словно невидимое течение. Хотя воины прощупывали дно остриями мечей, дважды они все-таки провалились в топкие ямы, плюхаясь в воду с головой.

Вскоре принц почувствовал себя совершенно измученным. Перед глазами Майкла стояли два воина, поглощенные темной водой. Казалось, что-то большее, чем собственный вес, тянуло их вниз.

Пару часов спустя отряд перестал натыкаться на топкие ямы, и принц Майкл вздохнул свободнее.

Туман все еще клубился вокруг, и войско продвигалось в мрачном молчании, которое иногда прерывал Хаффид, негромким голосом указывая дорогу. Принц Майкл умудрился перекусить на ходу и сейчас то и дело прикладывался к фляге с водой. Впрочем, несмотря на это, он был страшно голоден и буквально умирал от жажды.

Болото казалось неестественно тихим, словно незваные пришельцы встревожили его жителей. Принц понимал, что так влиять на окружающее мог только Хаффид. В конце концов старый рыцарь из всех выделил одного Хаффида, и никого больше.

Интересно, что означали его слова «…закончишь так же, как остальные»? Принцу крайне не понравилась эта фраза, как не нравилось и это место вообще. Он уже жалел, что пошел с Хаффидом, и недоумевал, что же заставило его добровольно отправиться сюда. Он обещал Элиз, что будет следить за Хаффидом, но все же…

Элиз.

Хаффид называл ее Шианон. Майкл вспомнил Элиз, плывущую в Вестбруке — это была не она, совершенно точно.

Его мысли прервали отдаленные крики. Майкл почти остановился, стараясь двигаться как можно тише.

— Ты слышал? — шепотом спросил Сэмюль.

— Что это?..

Сэмюль покачал головой.

Тогда принц улыбнулся.

— Вороны! — сказал он и засмеялся впервые за это день.

Однако по мере приближения звука улыбка исчезла с его губ. Казалось, их было около тысячи — будто черные вороны-падальщики опускались на поле битвы.

Стая черной тучей появилась из тумана, набрасываясь на людей, метя кровожадными клювами в глаза и горло. Принц Майкл что было силы молотил руками и мечом вокруг себя, и все равно вороны клевали его, тянули за волосы и уши, разбивали в кровь шею и руки. Он слышал, как люди выли от боли и падали в воду, а птицы все прибывали, словно с неба лился черный ливень. Вороны злобно рвали солдат, подобно неистовому ветру.

Меч вылетел из рук принца. Майкл, обезумев, пытался отогнать ворон от лица. Он чувствовал, как их когти вонзаются в тело; когда ему удавалось согнать одну ворону, на ее место садились три.

Майкл поскользнулся и опустился на колено, но птицы продолжали нападать. Кто-то поднял его, и принц побежал, спотыкаясь, падая в воду и вставая снова, чтобы через несколько шагов опять очутиться в воде, потому что вороны застилали глаза.

Внезапно по болоту эхом разнесся звон, заглушивший вороний крик. Принцу Майклу был знаком этот низкий звук — меч Хаффида.

Отчаянно махая крыльями, вороны улетели, и лишь одна птица осталась сидеть на лице принца Майкла, уцепившись когтями. Он схватил ее и бросил в воду, втоптав ногой в ил. Птица недолго трепыхалась под его сапогом и вскоре замерла.

— Майкл?..

— Лорд Сэмюль? Я здесь.

Принц вытер кровь с глаз, ощупал разбитую бровь.

Лорд Ренне появился из тумана, и Майкл ужаснулся от его вида, — словно с Сэмюля сняли кожу. Он был в крови с головы до пят. Даже веки кровоточили!

— Глаза еще на месте? — спросил Сэмюль.

— Да, что удивительно.

Звон меча Хаффида постепенно утих, и повсюду стали раздаваться исполненные страха голоса людей, зовущих друг друга.

Сэмюль Ренне опустился на землю, готовый разрыдаться.