Шрифт:
– Я немка... наполовину, но приехала из России, – с усилием улыбнулась она. – Вы очень любезны, спасибо.
– О, у вас какие-то дела к нотариусу? – Жерар попытался изобразить на лице самое легкомысленное выражение. – Надеюсь, это приятные хлопоты? И даже если речь идет о наследстве, то оно достаточно велико?
Он и сам не знал, почему сморозил такую глупость. Все-таки последнее время его мысли были так или иначе заняты именно делами наследства – ну, вот и сорвалось с языка.
Лицо дамы захлопнулось, словно дверь.
– Вы правы, – проскрежетала она с теми интонациями, с какими нежелательным посетителям сообщают: «Никого нет дома!»
Жерар насторожился.
Почему? Он и сам не знал, но что-то словно просвистело вдруг в воздухе: образно выражаясь, вражеская стрела. Эта женщина приехала из России к Морану. А вдруг...
Что вдруг? Почему он решил, что это может быть каким-то образом связано с событиями последних дней?
У него не было времени подумать.
– Вот он, дом двадцать один! – радостно возвестил таксист. – Слышите, мсье? Приехали!
Жерар расплатился, выбрался из такси, помог выйти спутнице, достал из багажника ее сумку... Он был готов нести эту сумку и за каменную ограду, ограждавшую дом, но дама протянула руку и выхватила у него свои вещи.
– Вы очень любезны, – рявкнула она. – Ауффидерзеен!
– Ауффидерзеен... – уныло отозвался Жерар.
Дама подошла к калиточке и позвонила. Заворчало переговорное устройство. Жерар весь превратился в слух и услышал что-то вроде «Голдфингер».
Калитка открылась. Может, это был пароль?
Дама вошла, но перед этим обернулась, и Жерар едва успел сделать вид, что удаляется своим путем со всей возможной скоростью.
Когда он обернулся, калитка уже закрылась.
Ну вот. Зря он расточал любезности этой кошмарной особе. Ну, узнал, где живет Моран, – и что дальше? Вещее чутье, которое внезапно пробудилось у него, словно у охотничьего пса, вставшего на след, гласило... нет, просто-таки кричало, что Мирослав и Холмский находятся там, за этой каменной оградой, в доме Морана. Видимо, здесь его секретная квартира. И какие темные делишки он обделывает в этом тайном месте, не ведомо никому. Наверное, такие же крупные и мелкие мошенничества, как с этим делом о наследстве Габриэля Филиппофф... Эх, Себастьен, ну какой бес тебя попутал? А ведь известно: коготок увяз – всей птичке пропасть. Ты начал лгать, ты занялся подлогом, потом похищением людей... неужто и до убийства дойдешь?
Жерар нервно метался перед домом.
Что делать? Как туда попасть?! Конечно, он может явиться к Себастьену на правах старого клиента, но что проку с такого визита? Прийти, поговорить начистоту, сказать, что все знает? Но не кончится ли это тем, что он окажется в одном подвале с Дени и Мирославом... или в одной могиле с ними?
Черт, да что же делать?! Нет, надо идти в полицию. Деваться некуда!
– Разувайся. Быстро! – произнес рядом чей-то негромкий голос.
Разуваться?!
Жерар резко обернулся и увидел прямо перед собой револьверное дуло. Сморгнул недоверчиво, поднял глаза... Араб, да ведь это тот самый араб, которого он видел на вокзале разговаривающим по телефону! И полицейский рядом! И те двое в штатском!
– Мерд! [28] – тихо, яростно выругался один из штатских. – Стой смирно. Обыщи его, сержант.
Полицейский похлопал Жерара так проворно, что тот и ахнуть не успел. Собственно, что там особо похлопывать было? Достал из кармана рубашки паспорт, из джинсов деньги, ключи да носовой платок.
28
Дерьмо! (франц.)
И снова послышалось рявканье:
– Тебе же сказали: разувайся немедленно!
Жерар, как во сне, скинул с ног шлепанцы.
Полицейский подхватил их и протянул человеку в штатском:
– Вот, господин Метивье.
Тот прижал стоптанные тапки к груди, как величайшую драгоценность на свете, но глаза его, устремленные на Жерара, сверкали по-прежнему люто:
– Кто такой? Предъяви документы!
Тот только и мог, что кивнул в сторону полицейского.
Сержант открыл паспорт:
– Жерар Филиппофф? Что за чепуха?
– Что вам надо?! – наконец-то обрел дар речи наш герой. – Кто вы такие?!
– Не догадываешься?! – тихо, яростно спросил Метивье. – Зачем тебе понадобились эти шлепанцы? Ну?
– Я за них заплатил... – пробормотал Жерар, чувствуя себя так, словно попал в сумасшедший дом. – И ролики за них отдал. А что?..
– Ролики?! А то, что ты сорвал операцию отдела по борьбе с наркомафией! – с ненавистью буркнул Метивье. – И поплатишься за это! Откуда ты узнал об операции? Где твои сообщники? Говори, ну?!