– Теперь я понимаю, Генри, – почтительно сказал он, – почему ты не хотел показывать мне это письмо… А вот почему ты считаешь, что оно может быть нам чем-то полезно, мне не ясно…

Пока Майкл молча читал письмо, Изобел с трудом сдерживала любопытство, но при последней реплике Майкла все же не выдержала.

– Так что же в этом письме? – сорвалось с ее губ прежде, чем она смогла остановить себя.

Губы Майкла дрогнули, и Изобел поспешила добавить:

– Если, конечно, сэр Генри не возражает, чтобы я… – Генри прищурился.

– Ну разве что последний абзац…

– Верно, – согласился Майкл, – достаточно последнего абзаца. Возможно, именно в нем и заключен ключ к загадке. Пусть теперь Изобел скажет, есть там этот ключ или нет…

Когда Майкл прочитал последний абзац письма вслух, Изобел попросила повторить его еще раз.

– Не знаю… – Она помолчала. – Единственное, за что здесь можно зацепиться, – это фраза «следуй пути истины»…

Генри поспешно поднялся с подоконника.

– Почему-то мысль об этой фразе только сейчас пришла мне на ум. Неужели у отца было предчувствие скорой смерти?

– Возможно, – откликнулся Майкл. – Отец знал, что ему предстоит участвовать в сражении, и понимал, что, если он умрет, секрет погибнет вместе с ним, если только он не поделится им с тобой…

– Если ваш отец действительно знал какой-то секрет, который в свое время передал ему его отец, он, думаю, вряд ли стал бы подвергать свою жизнь опасности, не позаботившись о том, чтобы оставить секрет одному из сыновей… – заметила Изобел.

Майкл задумчиво покачал головой:

– А что, если наш дед не успел передать секрет до того, как отправился в Святую землю с сердцем Роберта Брюса?

– Ну нет, – возразил Генри, – я уверен, что отец знал секрет. В конце концов, ты же сам только что рассказал мне, что, если верить документам, дед вызвался предоставить тамплиерам убежище здесь, в Шотландии. Если он принял на себя ответственность за такую великую ценность, как сокровища тамплиеров, наверняка он сообщил об этом нашему отцу, и отец не раз намекал нам на это.

Майкл кивнул:

– Изобел права: отец нашел бы способ передать секрет нам, но, возможно, он хотел, чтобы ты, Генри, узнал о секрете от кого-то другого – того, кому он доверял и кто, возможно, помогал ему спрятать сокровища…

– Тогда, – пожал плечами Генри, – к сегодняшнему дню я так или иначе узнал бы секрет. В конце концов, сейчас мне уже тридцать четыре года, и я вот уже двадцать лет глава клана…

– Может быть, этот человек внезапно умер и не успел вам его передать? – предположила Изобел.

– В таком случае мы снова возвращаемся к этому письму. Если не ошибаюсь, Генри, перед нами единственное письмо отца, адресованное непосредственно тебе, – во всяком случае, других среди его бумаг я не видел. Или другие все-таки есть?

– Нет. – Судя по виду Генри, вопрос брата его весьма удивил. – Обычно отец если и давал мне какие-нибудь указания, то в письмах, адресованных маме; чаще же всего он не писал писем, когда был в отлучке, а передавал свои указания устно через странствующих монахов, направлявшихся в наши края, причем среди документов отца я не видел ни одного послания, адресованного кому-то лично.

– Странно, – произнес Майкл, – но я абсолютно не помню, какие отношения были у отца с матерью. Впрочем, я тогда был слишком мал, но не ты ли, брат, говорил, что они сейчас представляются тебе довольно натянутыми?

– Возможно, – Генри прищелкнул пальцами, – существует еще кто-то, кому известен этот секрет – или часть секрета. Как бы то ни было, брат, письмо, которое ты сейчас держишь в руках, – единственное наставление отца, адресованное непосредственно мне, которое нам с тобой удалось обнаружить. Странно, что до сих пор это не приходило мне в голову…

Майкл вскинул брови.

– Очевидно, – предположил он, – до сих пор мы искали официальные указания отца, но, возможно, отец надеялся, что не умрет, не успев передать секрет тебе лично.

Генри нахмурился:

– Вероятно, нам стоит тщательнее исследовать письмо. Как правильно заметила леди Изобел, в письме действительно есть слова о тропе истины, и это единственные указания подобного рода, оставшиеся после отца.

– Может быть, – предложила Изобел, – следует снять копию с последних строк письма?

– Не думаю, – возразил Майкл, – я и так уже успел запомнить их наизусть. Все эти годы Генри носил письмо при себе – пусть носит и дальше. Чем больше лишних копий, тем больше риск для нас.