– Не будет тут толку от гранаты, – сказал Чан. – Обычная граната против брони – ерунда. Вот если бы гранатомет…

Но вот гранатомета у корейцев с собой не было – кто же ожидал, что он может понадобиться.

– А если, когда на берег вылезет, по колесам? – предложил Зим.

– Тоже бесполезно, – отозвался Чан. – Эта машина как раз на то и рассчитана, чтобы с ней легким оружием ничего сделать было нельзя. Колеса там – литая резина, хрен мы им что сделаем.

Зим тихо зарычал от бессильной ярости. Враг был совсем рядом, но достать его никак не получалось.

«Амфибия» между тем продолжала неспешно продвигаться к берегу.

– Есть! – неожиданно громко воскликнул Чан. – Триплекс!

– Что триплекс?

– Я вспомнил – есть такая старая примочка! Надо залезть на него и набросить какую-нибудь тряпку на оптику! Закрыть ему обзор! Пусть тогда по морю плавает сколько угодно! А ведь этот гад ранен, время на нас работает!

– Правильно! – с радостью на лице кивнул Зим. – Чан, я не забуду тебя, когда буду отчет писать! Эй, рулевой! Подойди к нему вплотную! А ты, Пак, готовься, полезешь на него. Курткой своей ему оптику обмотаешь!

Лодка рванулась вперед, приблизилась к «амфибии» вплотную. И тут БТР неожиданно дал задний ход. Хайдар специально ждал, когда корейцы пойдут на абордаж. Он понимал, что ничего другого им не придумать. И приготовил адекватный ответ. Разумеется, протаранить лодку «амфибией» почти невозможно – очень уж скорости разные. Но если лодка сама вперед сунулась, если использовать преимущество внезапности…

Все получилось так, как Хайдар и ожидал. Корма «амфибии» навалилась на лодку, и она, разумеется, перевернулась. Корейцы посыпались за борт, а сама лодка не утонула исключительно потому, что была резиновой.

За какие-то секунды ситуация полностью изменилась. Теперь охотником стал Хайдар, а жертвами – его преследователи. «Амфибия» поплыла на вынырнувшего в паре метров от ее кормы Чана. Кореец успел нырнуть, тогда Хайдар направил БТР на рулевого. Тому тоже повезло – умудрился разминуться с машиной в нескольких сантиметрах. Корейцы прыснули от «амфибии» в стороны, словно караси от щуки. БТР остановился, плавно закачался на волнах. А через несколько секунд люк открылся и наружу высунулся Хайдар. С ружьем в руках.

– В стороны! – отчаянно взвизгнул Зим. – В разные! – И погреб к берегу.

Больше всего Хайдар жалел о том, что у него только один патрон остался. Да еще о том, пожалуй, что руки дрожат, плохо слушаются. Но упускать шанс хоть отчасти расквитаться с убийцами односельчан он не собирался. На выбор было четыре цели. Сперва казах прицелился в Зима – тот привлек к себе внимание своим криком. Но Зим плыл на спине и, увидев, что ствол ружья направлен в него, резко нырнул. Тогда Хайдар, чувствуя, что силы того и гляди его окончательно оставят, быстро перевел ствол в сторону другого корейца. И нажал на спусковой крючок.

Молодой казах не зря носил с собой ружье, он был неплохим охотником. И с расстояния в двадцать метров попасть в голову человека для него не представляло труда, даже в нынешнем плачевном состоянии.

Заряд картечи вдребезги разнес затылок рулевому лодки. Вода окрасилась кровью, мертвое тело заколыхалось у поверхности. Остальные корейцы тут же прибавили скорости – чемпионы по плаванию на короткие дистанции позавидовали бы. Ведь они не знали, что у казаха оставался всего один патрон, думали, что он их сейчас всех перестреляет.

А Хайдар вернулся на водительское место. И «амфибия» снова направилась к берегу.

Минут через десять, окончательно убедившись, что преследовать их никто не намерен, корейцы вернулись к своей перевернутой лодке. А вот на то, чтобы вернуть ее в нормальное положение, у них ушел почти час – лодка была большая, а переворачивать даже обычную, рыбачью, в воде – то еще развлечение, кто хоть раз пробовал, никогда не забудет. Наконец все трое, измученные и продрогшие, влезли обратно в лодку. Зим и Чан переглянулись и поняли друг друга без слов. Разумеется, ни о каком продолжении погони и речи идти не могло. Нужно было возвращаться назад.

– Что с ним делать? – спросил Чан, указывая на тело убитого Хайдаром корейца, все еще качавшееся на мелких волнах у поверхности.

– Подбираем, – коротко ответил Зим. – Хотя нет! Не будем с трупом возиться. Опасно. Мало ли что… Мы здесь никто, если увидят, проблем не оберешься. Вспори ему живот, чтобы не всплыл.

Лодка подплыла к убитому, и Чан хладнокровно выполнил приказ – вспорол убитому живот и грудную клетку, проколол желчный пузырь и оба легких. После этого, в соответствии с законами физики, тело утонуло.