А Зим, поднеся к глазам бинокль, наблюдал за «амфибией». БТР уже вылез на противоположный берег и быстро от него удалялся, уходя в степь.

– Ну ничего, мы с тобой еще встретимся, – сквозь зубы прошипел кореец.

На то, чтобы съездить обратно в поселок и вернуться к морю, у Полундры ушло почти три часа. Зато теперь он совершенно точно знал, что ему делать. Фа Зюнь рассказал ему, что у Чанга действительно была лодка, объяснил, где сын ее прятал. Сергей обернулся бы и быстрее, но пришлось потратить время на то, чтобы раздобыть горючее, – лодка вполне могла оказаться незаправленной, да и бензобак «УАЗа» опустел уже больше чем на две трети. Купить горючее в поселке оказалось сложно. Разумеется, никаких официальных пунктов торговли бензином и соляркой в Светлом не было. Местные заправляли всю технику тем, что гнали сами. А занимались этим, разумеется, не все подряд, а всего две семьи. Их пришлось долго искать, а потом еще дольше уговаривать продать топливо – вообще-то с чужими они дела не имели. Все было бы намного проще, если бы Сергея мог сопровождать и рекомендовать односельчанам Фа Зюнь. Но он не мог отойти от жены – пожилой кореянке было очень плохо, недешево обошлось ей ночное отравление газом.

Кстати сказать, участкового к середине дня в поселке все еще не было. Фархад говорил, что милиционер подъедет к вечеру, но Фа Зюнь, когда Полундра ему об этом сказал, только усмехнулся. По его словам, участкового вполне можно было и еще день-два прождать. Случалось уже такое.

В общем, потратив массу времени и заплатив раза в два больше, чем стоило бы топливо на настоящей заправочной станции, Сергей стал счастливым обладателем полного бака скверно очищенного бензина и трех канистр солярки. Тоже далеко не лучшего качества. Но изготовитель клятвенно заверил клиента, что до сих пор никаких особых проблем с этим горючим ни у кого из местных не возникало.

«Что ж, надеюсь, я не стану первым, у кого такие проблемы появятся», – подумал Сергей, подъезжая к густым зарослям тростника, укрывавшим берег Арала. В самом деле, топать отсюда до поселка пешком, если двигатель машины заглохнет, – удовольствие сомнительное.

Сергей помотал головой, словно желал отогнать лишние мысли. Проблемы следует устранять по мере возникновения. Пока ничего не заглохло, значит, не стоит и голову себе понапрасну забивать.

Сергей сбавил скорость. Метрах в ста перед ним погруженный кормой в воду стоял ржавый, давным-давно брошенный корабль. Именно здесь, по словам Фа Зюня, его сын спрятал свою лодку.

Поиски оказались успешными. Уже через пару минут Сергей нашел старенькую моторку, умело замаскированную в тростнике. Проверил бензобак – ну, точно, топлива на самом донышке, хорошо, что он об этом позаботился.

Заправив лодку, Сергей задумался. Перед ним стоял довольно серьезный вопрос – что делать с «УАЗом»? Неизвестно, сколько времени он проведет на острове. Места здесь, конечно, дикие, но не оставлять же машину на виду? Мало ли кто мимо может пройти? Угонит, и концов не сыщешь. Если уж здесь участковый по заявлению об убийстве два дня ехать может, то об угоне машины сообщать и вовсе смешно.

Сергей окинул тростник оценивающим взглядом. Если здесь была спрятана лодка, то нельзя ли здесь же укрыть и машину? Тростник рос густо, некоторые стебли тянулись вверх метра на три.

«Да, если не знать места точно, то наткнуться на спрятанную машину можно будет только случайно», – подумал Сергей.

«УАЗ» медленно пополз вперед. Сергей загнал его в тростник метров на тридцать, остановил и уже собирался вылезать. Но тут впереди послышался громкий хруст, высокие стебли заколыхались, раздвигаемые тяжелой тушей. Прямо на машину пер здоровенный кабан-секач.

«Мать твою так!» – только и успел подумать Полундра. Он прекрасно понял, что произошло. К несчастью, он направил машину аккурат на то место, где расположилась семья этого красавца. Ну точно, вон позади него спины свиней мелькают.

Пока Полундра размышлял, кабан не терял времени. Яростно хрюкая, бурая туша ринулась на «уазик» – только фонтанчики илистой воды и тины из-под копыт полетели. Кабан ударил машину рылом в бок, да так, что она жалобно скрипнула и покачнулась – еще бы, секач был здоровенный, килограммов на пятьсот, если не больше.

«Ни хрена себе наглость!» – успел подумать Сергей, отлетая к противоположной дверце.

Впрочем, ничего особенно странного в такой наглости зверя не было. Кабан просто защищал свое стадо, которое, как ему показалось, подверглось нападению. К тому же могучий секач ни разу в жизни не встречал достойного противника. Ведь последний среднеазиатский леопард был застрелен еще в двадцатых годах прошлого века, туранского тигра извели еще раньше. Волки матерому кабану практически не страшны, тем более что здесь, на юге, они мелкие. Люди тоже охотятся на кабана крайне редко – очень уж опасное это занятие. Раненый секач бросается не от охотника, а на него. А убить взрослого кабана с одного выстрела крайне трудно. Поэтому секач считал себя полноправным хозяином тростниковых зарослей и был настроен крайне агрессивно.

Первая неудача нисколько не разочаровала зверя, напротив, разозлила. Он отскочил и снова кинулся на машину – на этот раз удар был еще сильнее. «Ядрена мать, он же сейчас перевернет машину! Что же делать?» – мелькнула у Сергея мысль. Ситуация в самом деле была сложная. Из оружия у Полундры был с собой только кортик – правда, очень хороший, образца первой половины двадцатого века. Сталинский то есть. Отличная сталь, длинный клинок, прочная ручка – его Сергею в свое время адмирал Сорокин подарил. Но идти на кабана с ножом… На него люди с ружьями-то ходить боятся! Взбешенный секач опаснее медведя! И в рукопашном бою его не одолеть, так что спецподготовка особенно не поможет. А что делать, с другой стороны? Ждать, пока зверю надоест нападать? Так ведь дождешься, что он и правда машину перевернет. Да и лобовое стекло вынести может – «УАЗ» это не танк все ж таки! И вот тогда шансов вовсе не будет. Нет, нужно действовать, а не ждать!