Шрифт:
– Что же, эти ученые не могли сами синтезировать полуфабрикат? – спросил Кремер.
– Нет, им не хватало каких-то компонентов, что ли… «Фантом-ноль» производился не в дальневосточном комплексе и вообще не в России, а где именно, узнать не удалось. Где-то в одном из многих наркотических «золотых треугольников». Среди нарколабораторий легко затеряется еще одна…
– А почему так сложно? Ведь перевозка – уязвимое звено… Чем и воспользовался Голдин поначалу.
– Это очень опасное производство. Дальневосточный комплекс нельзя было ставить под угрозу, производить где-то еще в России – тоже нельзя. Авария в такой лаборатории в России, расследование – это могло поставить крест на замыслах «Хитрецов». А в «золотых треугольниках» – мало ли что там взрывается… Перевозка, да… Возможность утечек в пути, дорожных происшествий, вмешательства таможни… Да мало ли. Но совсем без риска в таких вещах не бывает, Кремер… Из двух опасностей они выбрали ту, которая виделась им меньшей.
– Итак, никто не знает, где производился… То есть, может быть, и производится до сих пор «Фантом-ноль»?
– Кроме «Хитрецов», разумеется. Если бы отец знал или хотя бы догадывался, это было бы на его диске…
– Продолжай.
– Шабанов и Голдин посвятили в свои планы миллиардера Георгия Горта и получили практически неисчерпаемый финансовый источник. Они организовали какое-то полувоенное формирование, задачей этих парней был захват модулятора в Новинске в определенный момент. Одновременно, чтобы дезориентировать власти и создать панику, Шабанов намеревался выпустить наверх своих подземных друзей. Они учиняли бы грабежи, поджоги – он их здорово распалял. Дальнейшее понятно. На этом фоне Шабанов, Голдин и компания сами осуществили бы украденные ими планы «Хитрецов». Все упиралось только в «Фантом-ноль»…
– Но что же это за планы?! Галина, ты была с Шабановым… Ты убивала ради того, чтобы эти планы сбылись! Думаешь, я поверю, что Шабанов тебя не посвятил в конечную цель?
– Не посвятил! Он только рисовал какие-то смутные, невероятно радужные перспективы… А когда я задавала прямые вопросы, уходил от них. Скоро, говорил он, ты все увидишь сама… А я… Андрей, я же все-таки просто женщина!
– Ну… Допустим. А почему Шабанов так стремился попасть в Афганистан?
– В Афганистан?
– Он захватил самолет… Там, в Афганистане, его и убили.
– Понятно. – Актриса опустила глаза, помолчала. – Нет, я даже не догадываюсь. Об Афганистане у нас разговоров не было. Может быть, их ученые работали там…
Кремер вынул из ноутбука диск, положил его в пластмассовую коробку и опустил в карман. Актриса подняла на него молящий взгляд.
– Я рассказала тебе все…
– Осталось немного. Кто такие «Хитрецы», как их найти? Где Голдин?
– Андрей! Поверь мне, я действительно не знаю этого! Почему ты мне не веришь? Я готова отвечать на любые вопросы, прояснять любые подробности, но этого я не знаю!
– У меня больше вопросов нет… Но, скорее всего, у других людей возникнут к тебе вопросы, и немало.
– Ты же обещал…
– Я ничего не обещал тебе, – сказал Кремер.
37
Кремер надавил кнопку на пульте дистанционного управления, прибавляя звук в телевизоре.
– …покончил жизнь самоубийством, – отчетливо донеслось до него и Горецкого окончание фразы телеведущей. – Как предполагают, смерть предпринимателя была связана с рядом критических неудач в его профессиональной деятельности, а также с личными обстоятельствами. Георгий Горт был хорошо известен в деловых кругах не только в нашей стране, но и за рубежом…
Кремер выключил телевизор.
– Прошляпили, – констатировал он.
– Я там не был, – сказал полковник, – но, по докладу, он красиво ушел. Извините, говорит, господа, я только переоденусь. И так спокойно, твердо и быстро вышел в соседнюю комнату, никому и в голову не пришло. А потом – выстрел…
– Плохо.
– Да, скверно.
– Что остается?
– Не так уж мало. Эта метеостанция в Новинске – раз. Диск профессора – два…
– Там темный лес?
– Да, но этим уже занимаются лучшие специалисты. Далее, анализ связей генерала Стрекалова – три. Окружение Горта – четыре, это может помочь выйти на их военизированное формирование, о котором упоминала Сельвинская…
– Еще сама Сельвинская, работа с ней. Она может что-то и припомнить. При столь тесных контактах с Шабановым не могло совсем ничего не остаться. Любой намек…
– Намеки… Намеки! Все это слишком медленно… А мы не можем ждать. Что предпримут «Хитрецы» в ближайшем будущем, что они предпринимают уже сейчас?
– Думаю, они затаятся… Но полной информацией – или почти полной, что для нас одно и то же – обладает только один человек.
– Голдин?
– Конечно.
Полковник скептически улыбнулся:
– Голдин уже далеко отсюда…
– Не думаю, – покачал головой Кремер.
– Да?
– Он в Москве или где-то поблизости.
– Откуда такая уверенность?
– У него осталась здесь, по меньшей мере, одна проблема, Стас, личная проблема. И пока он ее не решит, он не исчезнет.
– Какая проблема?
– Я, – ответил Кремер просто.
– Гм… Ну, и что же ты будешь делать?
– Снимать кино. Я каскадер, ты забыл?
– Вот этого я как раз не забыл, – усмехнулся Горецкий. – Но какое же кино без главной звезды?