– А вы знакомы с Романом Бернсайдом? – внезапно спросила Селия.

– Почему это интересует вас?

– Вы на него похожи. Мы познакомились на корабле, который доставил нас сюда.

– Он мой сводный брат, – холодно ответил Джон Бернсайд. – Но вообще-то, мисс Гриффин, я не хотел бы говорить о нем. Не принести ли вам пунша?

– Но… Да, спасибо… – Его слова удивили Селию.

Джон Бернсайд проводил ее до веранды. Пока он ходил за пуншем, группа мужчин вовлекла Селию в бурную дискуссию по поводу Босса Твида, коррумпированного нью-йоркского политика.

Девушка высказала свое мнение, сложившееся под впечатлением газетных публикаций. Мужчины с восхищением слушали ее. Внезапно разговор замер, ибо появился опоздавший гость. Селия обернулась и увидела на веранде Романа.

Он приближался упругой, уверенной походкой. В вечернем костюме он казался воплощением силы и элегантности.

Рядом с другими мужчинами Роман выглядел как лев среди домашних животных. Не только Селия отметила это. Увидев Романа, гости расступались. Женщины не сводили с него глаз, мужчины смотрели враждебно. Селия перехватила испуганный взгляд Гаттерас.

Роман спокойно подошел к девушке и поцеловал ей руку. Селию бросило в жар.

– Здравствуйте, мисс Гриффин. – Он улыбнулся. – Как вижу, вы окружены толпой поклонников. Впрочем, это совершенно естественно.

Она высвободила руку и взглянула на него.

– Мы говорили о политике. Я и не думала, что вы приедете.

– Я принимал тяжелые роды, надеясь только на мать-природу. К счастью, она помогла, и вот я здесь.

Гости демонстративно отошли от них. Новая жена Джарра Уитта бросила на Селию недоброжелательный взгляд, и Гаттерас, занятая разговором с двумя матронами средних лет, сердито взглянула на племянницу.

– Как они сердечны, не правда ли? – Лицо Романа потемнело, красиво очерченные губы скривились в усмешке.

– Почему они так ведут себя? – спросила Селия. – Почему?..

Но, прежде чем она закончила фразу, ее прервал раздавшийся сзади голос:

– Селия, вот ваш пунш. – Это подошел Джон Бернсайд.

– Добрый вечер, Джон, – спокойно сказал Роман.

– Ты?! – Джон тут же поставил чашки на стол. – Странно встретить тебя в приличном обществе.

– Я бываю везде, куда меня приглашают.

– Вижу.

Мужчины уставились друг на друга, как бойцовые петухи, готовые кинуться в бой. Сердце Селии екнуло, когда она заметила, что Гаттерас пристально наблюдает за происходящим, как и другие гости. Селия поняла, что Роман и Джон – враги и она, сама того не желая, свела их вместе.

Решив развести их, девушка выступила вперед и одарила Романа лучезарной улыбкой.

– Тетя вырастила в саду несколько манговых деревьев, они очень красиво увешаны китайскими фонариками. Не хотите ли взглянуть?

– Не слишком, – мрачно ответил Роман.

– Ну пожалуйста! – Селия схватила его за руку. Сквозь рукав она почувствовала, как напряглись мускулы Романа. – Мне было бы очень приятно показать вам сад. Наверное, вам давно приелись здешние цветы, но мне они безумно нравятся!

Все это звучало довольно глупо, но ничего другого Селии не удалось придумать, и она не оставила Роману особого выбора. Он мог либо отказаться, либо последовать за ней. Роман сдержанно улыбнулся и направился за девушкой.

– Вы маленькая лукавая дьяволица. Вы всегда так уверенно ведете себя с гостями или припасли это специально для меня?

Селия искоса взглянула на него:

– Только для вас.

Они остановились на лужайке, возле двух манговых деревцев. Цветные фонарики на них напоминали самоцветы. Над ними сияла огромная луна.

Девушка глубоко вздохнула:

– Почему все так смотрят на вас? И что вы имеете против брата? Я боялась, что вы кинетесь друг на друга!

Он пожал плечами.

– Полагаю, это могло случиться. Такое уже бывало.

– Вы чуть не испортили мой вечер! – Девушка дрожала, но не только от возмущения, а от равнодушия к ней Романа.

– Селия, зачем вы пригласили меня, зная, что здесь будет мой брат?

– Но я понятия не имела, что он ваш брат! Я даже не знала, что он в списке приглашенных.

– Не знали? – насмешливо переспросил Роман.

– Нет. – Она покраснела. – Я не видела список и пригласила вас без разрешения тети, – добавила она дрогнувшим голосом.

– Теперь понятно. Я не пришел бы, зная, что меня не хотят видеть.