Шрифт:
Селия сжала кулаки. Роман спит через несколько комнат от ее спальни. Если босиком выйти в коридор и тихо, очень тихо прокрасться…
Она погасила лампу. Затем, повинуясь непреодолимому желанию, девушка плавно скользнула к двери и беззвучно открыла ее…
Селия кралась по темному пустому коридору верхнего этажа к комнате Романа. Ее сердце яростно билось. То, на что она решилась, чистое безумие! Пробраться в комнату Романа, чтобы посмотреть, как спит ее любимый…
Она осторожно толкнула дверь его комнаты. Та скрипнула, Селия замерла от страха, но не услышала ничего, кроме ровного дыхания Романа. Собравшись с духом, она вошла.
Сначала девушка ничего не могла разглядеть в полной тьме. На окнах были плотные шторы, сквозь которые проникала лишь узкая полоска лунного света. Роман спал.
От волнения у девушки перехватило дыхание. Она внезапно поняла всю опасность своей затеи. Если Роман проснется, разбудит слуг… Ей надо немедленно уйти! Вернуться на цыпочках в свою спальню, пока еще можно.
Но что-то удержало девушку от этого. Услышит ли она когда-нибудь еще его глубокое ровное дыхание? Вот если бы только дотронуться до него! Сделать это в последний раз!
Уж не вселился ли в нее бес? Замирая от страха, Селия приблизилась к постели. Роман тихо застонал во сне и повернулся на бок, сбросив с себя покрывало.
Девушка молча смотрела на него. Во рту у нее пересохло, ноги приросли к полу – он лежал обнаженный, зарывшись в простыни и разметав руки и ноги.
«До чего же он красив! – думала Селия. – Само воплощение мужественности: сильные руки, широкая грудь, плоский живот, длинные ноги». Ее глаза вперились в темное пятно курчавых волос и выпуклость под простыней.
«Роман!» – ее губы беззвучно шептали это имя. Словно оцепенев, девушка не двигалась с места и не отрывала от него взгляда.
И вдруг Роман проснулся:
– О Боже!..
Она вздрогнула, но Роман тут же сел, протянул к ней руки и потянул на постель.
Может, он спросонок решил, что это Кинау, его любовница, скользнула к нему? Или все-таки понял, что в его объятиях Селия?
Девушка этого не знала, да это и не волновало ее. Они были вместе и ласкали друг друга. Он страстно целовал Селию, и ее мечты становились явью. А если это и был сон, то яркий, отчетливый, восхитительный.
– О Боже, Боже!
Кто из них бормотал это? Да разве это имело значение? Они слились в поцелуе. Роман ласкал Селию, и она стонала от наслаждения, растворяясь в этих ласках. Ради него девушка готова была на все!
Ей хотелось, чтобы эти страстные поцелуи и нежные ласки продолжались вечно.
Ими овладело такое неистовство, словно их нес бурный поток. Роман, раздвинув ей ноги, быстро и настойчиво проник внутрь. Она вскрикнула и, вздрогнув, прижалась к нему.
Это было больше, чем любовь, – болезненная страсть! Селия пылко отвечала на его ласки, пока вдруг Роман не содрогнулся всем телом. В этот момент и она почувствовала неизъяснимое наслаждение, нежность затопила все ее существо.
Глава 18
На рассвете Селия пошевельнулась и вздохнула, все еще погруженная в глубокий и счастливый сон. Еще не совсем проснувшись, она протянула руки, чтобы обнять Романа, но ощутила лишь холодные пустые простыни.
Его не было! Сердце Селии дрогнуло, она сразу проснулась и открыла глаза. Она в чужой спальне, окутанной тусклыми странными тенями. Сквозь шторы пробивался утренний свет. Да это же комната Романа!
Селия села в постели и увидела на полу свою скомканную ночную рубашку. Она проспала! Что если в комнату зайдут слуги и увидят ее здесь?
Девушка быстро вскочила, надела рубашку и тут заметила записку, лежащую на столике у кровати. Селия похолодела, не решаясь развернуть ее. Наконец она собралась с духом и прочитала:
«Дорогая Селия!
То, что произошло между нами ночью, очень дурно. Я уехал в Лахаина. Уверен, вы меня поймете».
Эти слова перечеркнули все.
Слезы брызнули у нее из глаз. Значит, то, что было между ними ночью, вовсе не любовь! Роман не любил ее, никогда не любил! Об этом ясно свидетельствует его записка.
Она совершила непоправимую глупость, придя ночью к Роману, ведь он не звал ее. Вспыхнув, Селия бросилась к двери. Он просто уступил ей и получил удовольствие. Разгневанная девушка чувствовала себя обманутой и уничтоженной.
Никто не заметил, как Селия вернулась к себе. Весь день она провела в горестном оцепенении, невпопад отвечала на вопросы Тины, через силу улыбалась тете Гаттерас, о чем-то говорила с Леинани и другими служанками.
Селия сидела с теткой на веранде, почти не прикоснувшись к завтраку. Никто не должен заподозрить, что прошлой ночью она была у Романа.