ФРУ АЛВИНГ. Мою шаль, Регина! Все здание занялось!..

ПАСТОР МАНДЕРС. Ужасно!.. Фру Алвинг, это суд над домом смуты и разлада!

ФРУ АЛВИНГ. Да, да, конечно. Идем, Регина. (Поспешно уходит с Региной через переднюю.)

ПАСТОР МАНДЕРС (всплеснув руками). И не застраховано! (Спешит за ними.)

Та же комната. Все двери настежь. Лампа по-прежнему горит на столе. На дворе темно, только налево на заднем плане слабое зарево. ФРУ АЛВИНГ, в наброшенной на голову шали, стоит на веранде и глядит в сад. РЕГИНА, тоже в платке, стоит чуть-чуть позади нее.

ФРУ АЛВИНГ. Все сгорело. Дотла.

РЕГИНА. Еще горит в подвалах.

ФРУ АЛВИНГ. Освальд все не идет. Спасать уж нечего.

РЕГИНА. Не снести ли ему шляпу?

ФРУ АЛВИНГ. Он даже без шляпы?

РЕГИНА (указывая в переднюю). Вот она висит.

ФРУ АЛВИНГ. Ну и пусть. Он, верно, сейчас придет. Я пойду сама взглянуть. (Уходит через веранду.)

ПАСТОР МАНДЕРС (входит из передней). Фру Алвинг здесь нет?

РЕГИНА. Сейчас только вышла в сад.

ПАСТОР МАНДЕРС. Такой ужасной ночи я еще не переживал.

РЕГИНА. Да, ужасное несчастье, господин пастор.

ПАСТОР МАНДЕРС. Ах, не говорите. Подумать страшно.

РЕГИНА. И как это могло случиться?..

ПАСТОР МАНДЕРС. Не спрашивайте меня, йомфру Энгстран. Почем я знаю? Разве и вы тоже?.. Мало того, что отец ваш…

РЕГИНА. Что он?

ПАСТОР МАНДЕРС. Он меня совсем с толку сбил.

ЭНГСТРАН (входя из передней). Господин пастор…

ПАСТОР МАНДЕРС (испуганно оборачиваясь). Вы и тут за мной по пятам?

ЭНГСТРАН. Да надо же, накажи меня бог! Ох ты, господи Иисусе! Вот грех-то какой вышел, господин пастор.

ПАСТОР МАНДЕРС (ходя взад и вперед). Увы! Увы!

РЕГИНА. Да что такое?

ЭНГСТРАН. Ах, это все наша молитва наделала. (Тихо ей.) Теперь мы изловим пташку, дочка. (Вслух.) И по моей милости пастор наделал такой беды!

ПАСТОР МАНДЕРС. Но уверяю же вас, Энгстран…

ЭНГСТРАН. Да кто же, кроме пастора, возился там со свечками?

ПАСТОР МАНДЕРС (останавливаясь). Это вы так говорите. А я, право, не помню, была ли у меня в руках свечка.

ЭНГСТРАН. А я как сейчас гляжу: пастор взял свечку, снял с нее пальцами нагар и бросил в стружки.

ПАСТОР МАНДЕРС. Вы это видели?

ЭНГСТРАН. Своими глазами.

ПАСТОР МАНДЕРС. Понять не могу. И привычки у меня такой нет, снимать нагар пальцами.

ЭНГСТРАН. То-то вы так неумело и сняли. А ведь дело-то, пожалуй, может выйти очень даже скверное, господин пастор, а?

ПАСТОР МАНДЕРС (в тревоге шагая по комнате). И не спрашивайте!

ЭНГСТРАН (идя за ним). И господин пастор ничего не застраховали?

ПАСТОР МАНДЕРС (продолжая шагать). Нет, нет, нет, говорят же вам!

ЭНГСТРАН (следуя за ним). Не застраховали. А потом взяли да подпалили. Господи Иисусе! Вот беда!

ПАСТОР МАНДЕРС (отирая пот со лба). Да, признаюсь!..

ЭНГСТРАН. И надо же было стрястись этакой беде с благодетельным заведением, от которого ждали столько пользы для города и для всей окружности, как говорят. Газеты-то не помилуют господина пастор.

ПАСТОР МАНДЕРС. Да, не пощадят. Вот об этом-то я и думаю. Это чуть ли не хуже всего. Все эти злобные выходки и нападки… Ах, прямо ужас берет подумать.

ФРУ АЛВИНГ (выходя из сада). Его и не уведешь оттуда. Помогает тушить.

ПАСТОР МАНДЕРС. Ах, это вы, фру Алвинг.

ФРУ АЛВИНГ. Вот вы и отделались от торжественной речи, пастор Мандерс.

ПАСТОР МАНДЕРС. О, я бы с радостью…

ФРУ АЛВИНГ (понизив голос). Оно и к лучшему, что так случилось. На этом приюте не было бы благословения.

ПАСТОР МАНДЕРС. Вы думаете?

ФРУ АЛВИНГ. А вы?

ПАСТОР МАНДЕРС. Но все-таки это ужасное несчастье.

ФРУ АЛВИНГ. Будем смотреть на него с чисто деловой точки зрения. Вы к пастору, Энгстран?

ЭНГСТРАН (у дверей в переднюю). Так точно.

ФРУ АЛВИНГ. Так присядьте пока.

ЭНГСТРАН. Благодарствуйте. Я постою.

ФРУ АЛВИНГ (пастору). Вы, вероятно, уедете с пароходом?

ПАСТОР МАНДЕРС. Да. Он через час отходит.

ФРУ АЛВИНГ. Так будьте добры взять все бумаги с собой. Я и слышать больше не хочу об этом деле. У меня есть теперь другие заботы.