– Она моя племянница.

– Ну и что? Его Святейшество без колебаний благословит этот брак – особенно после того, как увидит, на что способна наша армия.

– Но ей всего двенадцать лет! – продолжал Альфонсо.

– Послушай, не пристало жениху сетовать на молодость своей невесты.

Помолчав, Альфонсо задумчиво произнес:

– Ладно, изложим это дело Государственному совету. Если он будет согласен, мы дадим ответ архиепископу Толедскому и его друзьям.

– А если он не оценит всех преимуществ сложившейся ситуации, мы оба будем настаивать на принятии нашего решения, – сказал Хуан.

Юная Иоанна уже давно пребывала в смущении. С раннего детства она знала, что в ней было что-то странное, и не могла решить, как относиться к себе самой. Порой ее называли «Ваше Высочество», порой – «инфанта», порой – «принцесса». Она никак не могла уяснить свое положение.

Ее отец при встречах был с ней ласков, но он умер, а свою мать она не видела очень давно и уже стала забывать о ней, когда та наконец позвала ее к себе в Мадрид.

Когда умер ее отец, Изабелла объявила себя королевой Кастилии и сказала, что у Иоанны будет свое имение и все привилегии, положенные кастильской принцессе. У Изабеллы было доброе сердце, это она знала, – только почему-то Изабелла требовала, чтобы Иоанна никому не позволяла называть себя законной дочерью короля Генриха.

Но могла ли двенадцатилетняя девочка запретить кому-то именовать ее так, как им нравилось?

Иоанна жила и боялась, что наступит день, когда какие-нибудь важные люди придут к ней и нарушат ее безмятежное существование, после чего она уже не сможет спокойно читать книги и заниматься музыкой. Ее ужасала мысль о том, что они встанут перед ней на колени, присягнут ей в верности, поклянутся служить, отстаивать интересы ее королевства.

Такие почести ее не прельщали. Она хотела жить в мире, вдали от всех этих раздоров и суеты.

И вот Иоанна приехала в Мадрид.

О своей матери она слышала немало. Говорили, что та была очень хороша собой; когда король женился на ней и привез ее в Кастилию, никто и подумать не мог, что из-за нее произойдут самые большие неприятности с престолонаследием из всех, какие здесь знали до сих пор.

И все последовавшие распри и споры были связаны с маленькой принцессой Иоанной. Ее тревожила мысль об этом.

Она много раз видела мужчину, считавшегося ее отцом. Он был строен и красив, слыл храбрым воином и имел огромную власть в Испании. Но он не был мужем ее матери, и это стало причиной всех бед, обрушившихся на Кастилию.

Готовясь к встрече с матерью, Иоанна думала о том, как выведать у ней всю правду о ее рождении. Если бы Бельтран де ла Куэва и в самом деле оказался ее отцом, она запретила бы всем взрослым и сверстникам называть ее наследницей кастильской короны.

Для двенадцатилетней девочки это был серьезный поступок, и Иоанна боялась, что у нее не хватит смелости выполнить задуманное. Однако у нее не было выбора: она больше не могла жить в неведении, ей хотелось покоя.

Подъезжая к Мадриду, она дрожала от волнения. Ее пугали слухи о той жизни, которую вела здесь ее мать, – слишком много громких скандалов было связано с ее роскошным мадридским особняком.

У Иоанны было несколько братьев и сестер, она это знала. Их судьбы сложились намного удачней, чем ее несчастная жизнь. Все они определенно родились не от брака с королем, и никто не приписывал им притязаний на кастильский трон.

Перед самым городом ее встретила группа всадников в изысканных нарядах. Мужчина, возглавлявший кавалькаду, подъехал к Иоанне и поклонился.

– Мне поручено проводить вас к королеве, вашей матери, – сказал он. – Она живет в мадридском женском монастыре, и вы можете прямо сейчас навестить ее.

– Мама – в монастыре?.. – удивилась Иоанна.

Вот уж не думала она застать свою мать в монашеской обители – подобала ли она ее фривольному характеру?

– Королева решила удалиться от мирской суеты, – ответил мужчина. – Она очень изменилась в последнее время, скоро вы в этом убедитесь.

– Но почему именно монастырь? Она могла бы просто отказаться от всех этих увеселений, балов и званых ужинов.

– При встрече она сама все объяснит, – последовал ответ.

Они проехали по улицам города и остановились возле женского монастыря. Иоанну приняла настоятельница. Поклонившись ей, она сказала:

– Принцесса, вы устали с дороги, но я все же прошу вас немедленно навестить вашу мать.

– Отведите меня к ней, – кивнула Иоанна. Настоятельница повела ее по холодной каменной лестнице, и вскоре они оказались в келье, единственным украшением которой было распятье, висевшее на стене. Вот где с недавних пор обосновалась португальская принцесса Хуана, супруга последнего короля Кастилии.

Иоанна встала на колени перед ее постелью, и Хуана слабо улыбнулась – как будто извинялась за то, что приближение смертного часа заставило ее раскаяться в прожитой жизни.