Сюзанна едва не открыла рот от изумления. Эта женщина – содержательница публичного дома? И она подруга Трэвиса?

– Не думаю, что это случится, Мэгги, – прозвучал за их спиной голос Трэвиса. – А теперь побыстрее выбирай шляпку. Нам уже пора идти. Кроме обязанности твоего провожатого у меня сегодня еще много дел. – В его голосе снова прозвучало предупреждение, и снова это не произвело никакого эффекта на Магнолию.

Сюзанна почувствовала приступ ревности, но усилием воли быстро подавила в себе это чувство. Какие у нее основания ревновать Трэвиса Брэгита? Он вообще ее мало волнует. Сюзанна распрямила плечи. Злость. Скорее всего, это просто злость, а не ревность. Трэвис Брэгит – мошенник и повеса. Распутник. Сюзанна посмотрела на себя в зеркало и несколько раз повторила эти слова.

Магнолия рассмеялась хриплым грубоватым смехом, звуки которого заполнили небольшое помещение магазина.

Эдди нахмурилась.

Сюзанна удивленно переводила взгляд с Магнолии на Трэвиса и обратно. Трэвис поморщился. Черт дернул его именно сегодня оплатить проигрыш в споре с Магнолией, который выражался в покупке новой шляпки! Почему он не пришел сюда один, не купил эту дурацкую шляпку и не отправил ее в «Серебряную Леди» с посыльным? Почему он позволил Мэгги уговорить его сопровождать ее в универмаг? Трэвис сразу же почувствовал странное внутреннее напряжение, когда увидел здесь Сюзанну. Он сжал руку в кулак. Почему эта женщина имеет над ним такую власть? Трэвис выругался про себя, но напряжение не спадало. По какому праву Сюзанна Форто так легко выбивает его из колеи? Ведь она – не единственная женщина в Вирджиния-Сити. Может быть, дело в том, что Сюзанна не такая, как остальные?

Трэвис взглянул на Магнолию. Она всегда желала большего, нежели просто делить с ним постель, как, впрочем, и полдюжины других проституток в этом городе, включая тех, кого деньги уже мало интересовали. Взгляд Трэвиса вернулся к Сюзанне. Она просто красавица. И настоящая леди. Его не покидало чувство вины за то, что он сделал с ней семь лет назад. Но что дальше?

К ощущению внутреннего напряжения прибавилось горькое чувство несбывшейся надежды. Трэвис знал, что если сейчас он не уйдет из этого универмага, то его атакует еще одно чувство – чувство неутоленной страсти. Он понял, что ему надо бежать от хмурых взглядов Мэгги и ее немых упреков, от присутствия Сюзанны, воспоминаний о их вчерашнем поцелуе. Слишком много эмоций сразу – вещь, опасная для здоровья.

– Сегодня вечером у нас собрание, Трэвис, – едва слышно произнес Дэвид Терри.

Трэвис посмотрел на судью – крепкого мужчину, стоявшего рядом с ним у стойки бара. Затем он крепко сжал свой стакан и допил виски.

– Я же говорил вам, судья, что больше не имею никакого отношения к Ордену рыцарей.

– Ты всегда останешься одним из нас, Трэвис, – возразил Терри. – Ты вступил в нашу организацию однажды и на всю жизнь.

– Тогда я был слишком молод.

– Решение уже принято. Ничего нельзя изменить.

Трэвис смотрел на судью изучающим взглядом. Теперь ему стало ясно, почему у того врагов больше, чем друзей. Терри был похож на бульдога: упрям и суров. Те, кто выигрывал из-за таких свойств его характера, восхищались им; те же, кому он мешал – ненавидели. Трэвис вздохнул.

– Тогда считайте, что я принял новое решение.

Судья покачал головой.

– Но ведь ты же поклялся, Трэвис. От тебя ждут верности на всю жизнь.

Трэвис чувствовал, как в нем нарастает раздражение, и едва сдерживал себя. Он не хотел спорить с судьей. Когда-то Томас Брэгит занимал высокий пост в Ордене рыцарей и заставил своих сыновей вступить в организацию.

– Судья, вы хорошо знаете, что длительное время я вообще не принимал участия в деятельности Ордена.

– Сейчас нам дорог каждый человек, Трэвис. Каждый.

Трэвис почувствовал, что его загоняют в угол. Так случалось каждый раз, когда он пытался наладить отношения с отцом. Но сейчас его отец был мертв – убит два года назад, а сам Трэвис уже давно не тот молодой человек, который радовался тому, что выжил рядом со своим отцом-тираном. Он стал сильнее, увереннее, независимее и хотел сам принимать решения, не доверяя это никому.

– Но почему? – спросил он. – Почему именно сейчас возникла такая надобность?

Прежде чем ответить, судья снова оглянулся.

– Потому что у нас появились новые планы.

Трэвис со стуком поставил стакан на стойку бара, чем вызвал внимательный взгляд бармена и нескольких посетителей. Он помолчал, ожидая, пока их оставят наедине.

– Черт побери, Дэвид, что вы там затеваете? Нам здесь в горах не нужны лишние неприятности.

Судья Терри улыбнулся.

– А кто говорит о неприятностях?

Как-то раз Трэвис вернулся в Вирджиния-Сити после поездки в Новый Орлеан на свадьбы сестры и брата. Дэвид Терри был уже здесь, и его появление совпало с настоящим хаосом в предгорьях, где проживали в основном южане. Приезд судьи и организация им филиала Ордена рыцарей в конце концов привели к появлению в этих местах солдат из форта Черчилль, направленных для поддержания порядка.

– Сегодня в полночь я буду ждать тебя, Трэвис, в «Кингс Плейс», – заявил Терри. Он допил виски, стукнул стаканом о стойку бара и собрался уходить.