– Не зарывайтесь, судья, – пробормотал Трэвис.

Дэвид Терри повернулся.

– Трэвис, ты или с нами, или против нас. Мне не хотелось бы говорить об этом еще раз, но третьего не дано.

Трэвис внимательно смотрел ему вслед. По пути к выходу судья обменялся парой фраз с несколькими старателями.

Трэвис повернулся, облокотился на стойку бара и позвал Джеда.

– Сейчас же принеси мою бутылку, – потребовал он.

Сюзанна раскланялась в последний раз, послала зрителям: старателям, игрокам, бизнесменам – воздушный поцелуй и быстро спустилась со сцены. Однако вместо того, чтобы, как обычно, пойти в свою уборную, она решительно направилась в бар.

– Мисс Сюзанна! – испуганно позвала ее Эдди из-за занавеса.

Сюзанна остановилась, обернулась и улыбнулась.

– Все в порядке, Эдди. Я скоро вернусь.

– Эй, крошка! Ты, наверное, хочешь, чтобы мы приголубили тебя? – крикнул один из старателей и жестом предложил Сюзанне сесть к нему на колени.

– У меня тоже есть кое-что для тебя, – вмешался другой. Он резко поднялся из-за столика и грубо обхватил за талию проходившую мимо Сюзанну.

Мужчина так крепко прижал ее к себе, что у Сюзанны затрещали ребра. Ей стало дурно от запаха дешевого одеколона и внезапно появившегося прямо перед ней небритого лица, намеревавшегося найти себе пристанище на ее груди.

От испуга Сюзанна вскрикнула.

– Эй, Скиннер, оставь ее в покое! – раздался чей-то крик.

Собравшись с силами, Сюзанна попыталась оттолкнуть этого медведя, но тщетно. Она уже ощущала его губы на своем лице, и ее охватил приступ тошноты.

– Немедленно отпусти меня! – приказала она. Внезапно мужчина отстранился от Сюзанны. От неожиданности она едва не упала.

– Разве ты не слышал, что сказала леди? – прорычал Трэвис. Он удерживал Скиннера Джоунса за воротник жакета.

– Все в порядке, Трэв. У меня не было дурных мыслей. Я только хотел пошутить. И потом, она сама напросилась. Все шлюхи хотят одного и того же.

– Мисс Линдсей – не шлюха, Скиннер. – Трэвис произнес эти слова так громко, чтобы слышали все вокруг.

– Они все так говорят, – вмешался какой-то тип.

Трэвис отпустил Скиннера и окинул злобным взглядом посетителей салуна.

– Если вам нужна шлюха, джентльмены, отправляйтесь к Магнолии. Но если вам требуется стаканчик хорошего виски, честная игра и возможность услышать, как поет настоящая леди, – приходите к нам. У вас есть выбор. – Он взял Сюзанну за руку и повел через толпу мужчин.

Женщина почти бежала за ним. Чувство благодарности к Трэвису вскоре сменилось злостью за то, что он тащит ее через всю комнату, словно багаж. А ведь она совсем недавно флиртовала с ним!

Трэвис ногой открыл дверь салуна, продолжая тащить за собой Сюзанну. Выйдя на тротуар, он внезапно остановился.

Несмотря на поздний час, на улицах было людно. Играла музыка, раздавались громкие голоса, светились окна салунов и ночлежек на Си-стрит; старатели толпами переходили из одного салуна в другой, некоторые уже отправлялись к своим рудникам.

Сюзанна выдернула руку из ладони Трэвиса и сердито заметила:

– Зачем ты тащил меня через весь салун, словно вещь?

– Потому что ты была готова любезничать со всеми моими посетителями! – его слова ударили Сюзанну, словно плетью.

– Я вполне способна думать за себя, Трэвис, и решать, с кем мне любезничать!

– Неужели? Тогда, наверное, мне следовало оставить тебя наедине с ними.

– Ты уже бросал меня раньше, Трэвис. Почему же тогда тебя это так не волновало? – злобно бросила Сюзанна. Она вспомнила прошедшие семь лет унижения и обид, которые теперь слились в одно целое.

Последнее замечание Сюзанны задело Трэвиса, но он сделал вид, что не слышал его.

– Не следует заигрывать с такими людьми, Сюзанна. В следующий раз меня может не оказаться поблизости.

Ее охватил гнев.

– Я ни с кем не заигрывала.

– Кокетничать с мужчинами, стоя на сцене и выступая в роли певицы – это одно. Но если ты делаешь то же самое вне выступления, они понимают это иначе.

– Я не пыталась заигрывать с ними, – настаивала Сюзанна.

– Нет, пыталась.

– Какое ты имеешь право… – ее рука, описав дугу, едва не приземлилась на его щеке, но Трэвис показал отличную реакцию, перехватив запястье Сюзанны. Его глаза горели злостью, а тело напряглось, как у хищного зверя перед прыжком. – Ты достоин презрения, Трэвис Брэгит, – прошептала Сюзанна. – Ты просто сукин…

Внезапно она почувствовала прикосновение его губ к своим губам. Трэвис обнял ее и прижал к себе; его язык оказался у нее во рту, а руки нежно поглаживали спину женщины. Он знал, что играет с огнем, но в этот момент совершенно не владел собой. Сюзанна Форто стала женщиной в полном смысле этого слова: упрямой, уступчивой, страстной. Когда Трэвис оставил ее семь лет назад, она была наивной молоденькой девушкой. Но теперь все изменилось. Трэвис был уверен, что представления о добропорядочности исчезли у Сюзанны одновременно с представлениями о невинности. Теперь перед ним была женщина, которую он страстно желал. Женщина, а не шлюха. Хотя и не леди. Просто женщина.