Ничего не понимаю! Они что, думают, что воля короля любого остановит? Или полагаются на магию?

Страж с сомнением качал головой – сторожевые заклятья он почувствовал бы.

– Готовят ловушку? – высказал предположение Икторн.

– Скорее, больше не ассоциируют запоры с запретами, – подала голос леди Верона и пояснила. – Темные ритуалы изменяют сознание перерожденного. С логической точки зрения, ограда парка не является препятствием для кого бы то ни было, а делать скидку на любопытство или оберегать случайных посетителей они не станут: всякий, кто туда войдет, будет уничтожен. Цель не остановить, а убить.

Фернадос согласно хмыкнул.

– То, что он сумел внушить тварям понятие территории – само по себе чудо, а такое явление, как "дверь" – это уже за пределами возможного.
– … а значит, лезть через забор нам не придется, – резюмировал граф. – Если разницы между направлениями атаки они не делают, мы можем проникнуть внутрь по самому комфортному пути. Так?

Волшебница неуверенно кивнула.

– У ворот есть еще один плюс, – вмешался Фернадос. – Создать каждому индивидуальную защиту мне не по силам, но вот одно маскирующее заклинание на всех у меня получится. Тонкость в том, что оно будет работать лишь до тех пор, пока мы друг за друга держимся. Тут-то нам ворота и пригодятся.

– Эти твари не знали, с кем связываются, – усмехнулся Икторн.

– Если нам повезло, они вообще не знают, что с кем-то связались. Конспирация – прежде всего!

В какой-то момент все было собрано, а время вышло. На прощание граф сердечно обнял волшебницу, у дверей лавки Клавса они расстались. Вероне пришло время покинуть Внутренний город – если миссия завершится удачно, беглецам потребуются сани и кони, которых еще надо раздобыть.

Мечи гвардейцев, топор Стража и гирлянды пузырьков с зажигательной смесью для конспирации увязали в узел и уложили в санки.

– А не слишком ли рано мы идем? – беспокоился граф, поглядывая на запоздалых прохожих, целеустремленно пробирающихся сквозь начинающуюся метель.

– Ты меня удивляешь, Джеймс! – скорчил рожицу маг. – Парк не освещен, луны не будет, да в такую погоду хоть бы и была. Или нам с фонарями на штурм идти?

Заклинаний ночного зрения я не знаю.

– Сумерки – лучшее время, – незаметно присоединился к разговору Страж. – При свете твари ориентируются хуже, чем в темноте, а человеческих глаз там нету, я проверял.

Граф решил не спорить лишний раз, в конце концов, идея штурма через ворота принадлежала ему. Да и беспокоился он рано: по мере приближения к дворцу исчезли не только путники, но и свет в окнах, запах дыма и вообще всякий намек на живых людей. Колючая снежная крупа летела так густо, что граф с трудом различал спину идущего впереди сержанта. Мороз словно бы сгустился, ветер стеклянными лезвиями проникал под одежду и полосовал кожу. При всем этом Икторна прохватывал жар, а сердце колотилось, словно после долгого бега. Фернадос поймал его за локоть и успокаивающе встряхнул.

– Да, местечко неприятное, – бормотал сквозь зубы маг. – Но в непосредственном контакте никого нет. Что-то их взбаламутило, и это – не мы.

– У меня все волосы дыбом, – хмуро признался граф.

– Я ценю твои инстинкты, Джеймс, но лучше не психуй, – посоветовал маг. – А то нам обратно еще и тебя тащить придется.

Скоро уже все ощущали глубинную вибрацию, исходящую из-под земли.

– Дерутся! – глаза Стража лихорадочно блестели под башлыком.

– Тем лучше, – бесстрастно отвечал маг. – У них не будет времени на нас.

Граф чувствовал, как охвативший его страх перерастает в пьянящее возбуждение, предшествующее хорошей схватке. Кривая улыбка неудержимо перерастала в хищный оскал, и он был рад, что его лица не видно под шарфом – решили бы, что спятил.

Ворота дворца уже проступили сквозь сумрак – покореженное металлическое чудо, правая створка сорвана с тройных петель и валяется шагах в двадцати от дороги.

Полосатая сторожевая будка слева сохранилась, но была забита снегом и еще чем-то, что граф разглядывать не стал. Метель заметала наезженный санный след – кто-то все-таки ездил во дворец, но кто и зачем, было совершенно непонятно.

– Теперь все ко мне, и держитесь друг за друга крепче, – в полголоса бормотал маг. – Убедитесь, что контакт ни в коем случае не прервется. Если заклинание разрушится, мы все будем как на ладони.

Тюк с оружием распотрошили и роздали. Страж снял лишнюю одежду, из всех присутствующих он единственный более-менее напоминал бойца.

Граф посмотрел на своих людей и подумал о тех, кто ждет их в далеком замке Икторнов, а так же о тех, кто ждет дома каждого из Королевских Гвардейцев и уже никогда не дождется. О том, что многих ункертцев уже никто нигде не ждет и возвращаться им некуда. О том, что больше всего на свете он хотел бы вернуть всех назад целыми и невредимыми, и чтобы тревоги оказались пустым сном, но столь великой магией он не владеет. Все, что ему остается, это рисковать жизнями одних, ведя их в бой против других, для того чтобы (возможно) дать надежду на будущее кому-то третьему. Обычное дело. Он накинул на плечо Дюрока шарф, замотал его в руке и присоединился к цепочке зачарованных путников.