— Ну, думаю, что это достаточно разумно, сэр, — ответила тактик, изо всех сил стараясь не слишком демонстрировать сомнение.

— Тем временем, — произнёс Терехов, снова дёрнув правой рукой, — я ещё раз обратился в Бюро по Кадрам насчёт замены Григсби. Я отметил, что, поскольку мы уже остались без младшего офицера РЭБ, им следовало бы, по крайней мере, подыскать нам младшего офицера-тактика. Боюсь, что я настаивал на этом несколько агрессивно, и они пообещали найти замену — ещё одну замену, следовало бы мне сказать — до нашего отхода. Однако, — на этот раз улыбка Терехова была абсолютно холодна, — учитывая сложившиеся обстоятельства и то, сколько времени им потребовалось, чтобы откопать для нас Григсби, я не поставлю на то, что они это сделают. Так что, похоже, мы можем уйти, имея в тактической секции нехватку больше чем одного человека.

— Понимаю, сэр, — тёмные глаза Каплан были прикрыты; она хмурилась. — Не могу утверждать, что рада это слышать, — продолжила она. — Как вы и сказали, капитан, это оставит нас с некомплектом. Ничуть не желая обидеть Гатри — я хотела сказать, лейтенанта Багвелла — я полагаю, что нам несколько выгоднее остаться без младшего офицера РЭБ, чем без помощника тактика. Лейтенант Хернс очень хороша, но при этом слишком молода для должности помощника тактика тяжёлого крейсера. Она более чем заслужила свои шпоры, а её оценки в Академии и доклады об эффективности после выпуска великолепны. Однако её реальный боевой опыт ограничен тем наземным делом на Приюте.

— Я согласен с тем, что она не имела возможности проявить свою компетентность в космосе в условиях реального корабельного боя, — произнёс Терехов. — С другой стороны, как вы и сказали, она "заслужила свои шпоры" и продемонстрировала, что не склонна к панике. И то, что она проделала свой гардемаринский рейс с Майклом Оверстейгеном, наверное, тоже довольно хороший знак, разве не так?

— Я и говорю, сэр, — суховато ответила Каплан, — что Абигайль — лейтенант Хернс — очень хороша. У меня нет ни малейших сомнений в её способностях. Моё единственное беспокойство касается уровня её опыта.

— Ну, — ответил Терехов лишённым выражения тоном, — учитывая место нашего назначения, она должна иметь возможность ознакомиться со своими обязанностями достаточно постепенно.

Каплан хотела сказать что-то ещё, но вместо этого закрыла рот и отрывисто кивнула.

— Капитан, есть ещё один вопрос относительно готовности лейтенанта Хернс занять место помощника тактика, — осторожно через секунду добавил Фитцджеральд. Капитан посмотрел на него и старпом поднял вверх правую ладонь. — У нас на борту пять гардемаринов, сэр, и согласно традиции помощник тактика является ответственным за подготовку кандидатов в офицеры. Лейтенант Хернс ещё только младший лейтенант, и всего лишь на пару лет старше салаг.

— Понимаю вашу озабоченность, — пробормотал Терехов, откинулся в кресле и стал медленно покачиваться из стороны в сторону. Губы капитана сжались в размышлении. Затем он пожал плечами.

— Понимаю вашу озабоченность, — повторил он, — и согласен, что за этим нам придётся приглядывать. Вместе с тем я был весьма впечатлён личным делом лейтенанта Хернс. И не забудьте, она — дочь Землевладельца. Я не думаю, что управление людьми близкого возраста будет столь же трудно для человека такого происхождения, как могло бы быть для кого-либо другого. И этот опыт может быть очень полезным и ей самой. — Терехов покачал головой. — Нет, в том прискорбно вероятном случае, если Бюро по Кадрам не подберёт нам замену лейтенанту Григсби, полагаю, мы можем дать лейтенанту Хернс шанс. Несомненно, мы должны будем следить за тем, как она справляется, и, возможно, должны будем снова вернуться к этому вопросу, если окажется, что у неё не получается.

Фитцджеральд кивнул. Он не был совершенно уверен в том, что согласен с Тереховым, несмотря на то, что его собственное впечатление от Абигайль Хернс было чрезвычайно благоприятным. Однако он высказал свою обеспокоенность возможной проблемой, поскольку предполагалось, что хороший старпом должен был это сделать. Теперь, как и полагается хорошему старпому, он приложит все усилия к успешной реализации решения своего капитана.

Все находящиеся в конференц-зале подняли глаза, когда лейтенант-коммандер Нагчадхури внезапно рассмеялся.

— Вас что-то позабавило, коммандер? — голос Терехова мог бы быть резок. Однако сейчас он выражал только лёгкий интерес. Связист покачал головой с лёгким оттенком извинения.

— Прошу прощения, сэр. Мысль пришла в голову. Ведь лейтенант Хернс ещё и мисс Оуэнс.

— Да, это так, — согласился Терехов. — Полагаю, я только что сказал, что она — дочь Землевладельца.

— Я знаю, сэр. Но я подумал, что это делает её ровнёй принцессе крови. А это может сделать её даже ещё более подходящей для роли нашего ответственного за подготовку кандидатов в офицеры. — Терехов поднял бровь, а Нагчадхури снова рассмеялся. — Ну, сэр, один из наших гардемаринов — Хелен Зилвицкая. Дочь Антона Зилвицкого. А это значит, что после того дельца на Факеле она является принцессой крови. Конечно, только в определённом смысле. На самом деле, если я правильно понял то, что читал насчёт конституции Факела, полагаю, что если бы что-то произошло с королевой Берри, она, вероятно, являлась бы законным наследником.

— Знаете, — с лёгкой улыбкой произнёс Терехов, — я действительно не задумывался об этом. — Он хмыкнул. — Для корабля, выходящего в рейс без единого представителя мантикорской аристократии в Салажьем Уголке, мы, кажется, имеем на борту изобилие — можно было бы даже сказать, чрезмерное изобилие — голубой крови.

Капитан обдумывал положение ещё несколько секунд, всё с той же лёгкой улыбкой на устах. Затем встряхнулся.

— Ладно, будет интересно посмотреть, что из этого выйдет, — произнёс он. — Тем не менее, у нас, однако, есть ещё несколько дел, которым мы должны уделить внимание. Коммандер Орбан, — он повернулся к коммандеру медицинской службы Ладжосу Орбану, корабельному врачу "Гексапумы".