– Тут тоже крепостей хватало, – эльф воздел посох, с верхушки которого сорвалась короткая молния, ударившая в стену башни.

– Вроде тихо, – пробормотал гном, к чему-то внимательно прислушиваясь.

Эльф, тоже прислушавшись, кивнул.

– Вроде, ладно, все равно уже менять что-то поздно, так что будем располагаться здесь.

Эрик с Олрадом, с непониманием смотревшие за перепалкой друзей, переглянулись и тоже спешились.

Коней расседлали и стреножили, оставив снаружи. Райтона сделал попытку возразить, однако эльф глянул на рыцаря таким взглядом, что тот сразу смолк. Снизу башня довольно-таки хорошо сохранилась, по крайней мере, в свете двух посохов магов ее стены выглядели крепкими и надежными, хотя на высоте где-то трех человеческих ростов от них остались только воспоминания. Однако с одной стороны часть стены все же уцелела, торча ввысь гнилым клыком раскрошившегося камня. Пол башни, выложенный темно-матовыми плитами с причудливым золотистым узором, словно горевшим внутри камня, как ни странно, прекрасно сохранился, хотя и был завален различным мусором. К тому же, к удивлению Олрада, внутри башни было довольно тепло.

– Как такое может быть? – почему-то полушепотом спросил Эрик, с подозрительностью оглядывая квадратное помещение башни. – Крыши нет. Тут должно быть как на улице, разве что не ветрено, а здесь даже снега нет.

– Магия, – пожал плечами гном.

– Что же это за магия? – спросил молодой маг, вглядываясь внутренним взглядом в сплетения магических линий. – Я такого узора отродясь не видывал.

– Ты много чего не видывал, – буркнул Лейнолас. – Хотя надо признать, башня действительно интересна. Ладно, хватит болтать. Эрик, разводи костер, надо отогреться и подкрепиться.

Райтона кивнул и, выйдя наружу, быстро вернулся с охапкой дров, припасенных заранее. Оглядевшись вокруг, он положил дрова на пол и с сомнением посмотрел на архимага.

– Да разжигай, – махнул тот. – Этому полу ничего не будет, даже если дракон на него дыхнет своим огнем.

Рыцарь кивнул и стал устраивать кострище. Сложив круг из многочисленных каменных обломков, валявшихся вокруг, он вытащил кинжал и принялся расщеплять принесенные деревяшки на более мелкие щепки и складывать кострище. Гном, пристроившись на крупном обломке стены, с озабоченным видом перебирал запасы продуктов, что-то недовольно бурча себе под нос.

Олрад, оглядевшись, обнаружил эльфа стоящим в глубине башни с задумчивым видом.

– Что-то не так, сэр? – спросил он, подходя к нему.

– А? Нет, все вроде нормально, – вздохнул тот. – Просто моя врожденная подозрительность.

– Можно спросить?

Лейнолас кивнул.

– А что это за башня и чем она так вас напугала?

– Что за башня? – эльф с удивлением посмотрел на Олрада. – Ах да, ты же не знаешь, да и мало кто уже помнит об этом.

Он вздохнул и принялся рассказывать.

Вопреки распространенному мнению о том, что люди появились на берегах Эрнира лишь за столетие до начала Первой войны с Мраком, это не так, точнее сказать, совсем не так. Например, на берегах моря Бурь анклав людей существует и поныне. А во время своих исследований он натолкнулся на документы, ясно говорящие о том, что, когда эльфы пришли на эти земли, люди уже жили здесь, правда, их поселения были немногочисленны. Кстати, эльфы так же, как и появившиеся позднее люди, были пришельцами из-за Грендорской пустыни, только пришли они в эти земли раньше почти на два века. Об этом сейчас мало говорится, а память людей, к счастью для эльфов, короткая. Поэтому земли от Грендорской пустыни до северных оконечностей леса Мглы теперь считаются изначально эльфийскими, а людскую расу многие из эльфов считают захватчиками, хотя люди и блюдут договор о разграничении территорий.

И все же люди жили здесь задолго до появления в этих местах эльфов и гномов. В своих путешествиях Лейнолас часто натыкался на остатки древних развалин и таинственные артефакты прошлого. Кроме того, в легендах орков есть множество преданий о могучем народе людей, жившем в этих землях. По мнению Лейноласа, княжество Краса являлось остатком некогда могучего государства.

Так вот, эта башня была построена именно теми людьми и даже спустя множество веков сохранила свою магическую силу. Являясь сторожевой башней, она, точно верный пес, сторожила до сих пор эти места, уничтожая вторгнувшихся в ее пределы путников неизвестной магией. Но постепенно ее сила убывала, да и попытки нейтрализации ее магии эльфами и гномами дали свой результат. В конце концов, башню разрушили, однако до сих пор она могла преподнести неприятный сюрприз случайно обнаружившим ее путешественникам.

– От нее никогда не знаешь, чего ожидать, – вздохнул маг. – Поэтому, Олрад, если заметишь что подозрительное, сразу зови меня.

Ели молча, каждый погруженный в свои мысли. Эльф, едва поев, сразу завернулся в плащ и улегся среди обломков, буркнув, чтобы долго не сидели, так как с утра пораньше надо выдвигаться. Гном, собрав посуду, вздохнул насчет невозможности содержать ее в чистоте в таких вот условиях и, убрав все в мешок, тоже отправился спать. Дежурить сегодня выпало им с Эриком, и поэтому, скинувшись на пальцах, выяснили, что первую половину ночи дежурит Райтона. Олрад улегся рядом с костром, подложив под голову седло, и, несмотря на твердый пол, быстро заснул.

Во сне ему снилось, что он снова в академии. Учитель Аран учит его пользоваться внутренним зрением для наблюдения за течениями магических потоков, но у него ничего не получается. Он очень старается, но перед внутренним взором ничего, кроме цветных пятен или видений пикантного содержания, увы, не возникает. Когда его разбудил Эрик, он уже бросил попытки увидеть потоки магии и вместе с учителем с упоением разглядывал эротические картинки.

Олрад потянулся, зевнул и, с завистью посмотрев на улегшегося рыцаря, взял посох и уселся рядом с костром. Несколько минут он пристально прислушивался к бушующему за стенами башни ветру, затем встал и вышел проверить лошадей. К счастью, с этой стороны башни ветра практически не было и вроде бы стало даже теплее, снег, по крайней мере, прекратился. Он проверил лошадей, подсыпал им в торбы овса и отправился назад, вновь пристроившись у костра.