— Ты будешь жить здесь, — сказала она Лиану.

Лиан сбросил мешок со спины на ложе. Мешок скатился вниз, и его содержимое высыпалось на пол. Лиан махнул на него рукой и поплелся за Караной.

Последняя комната была поменьше других, но не казалась тесной. Она была очень светлой благодаря большому окну в дальней стене. Мебель была почти такая же, что и в комнате Лиана.

Куда только девалась усталость Караны?! Она порхала как мотылек. Лиан же, наоборот, чувствовал себя настолько утомленным, что ползал как черепаха.

— Раньше я жила в этой комнате, — сообщила ему Карана. — Ее переделали специально для меня. Это единственное помещение с окном во всем Шазмаке.

— Как же они могут сидеть взаперти без окон?!

— Они стараются отгородиться от Сантенара, чтобы не забыть свой собственный мир… Ты еще не все знаешь, — добавила Карана. — Но об этом позже. Я хочу принять ванну. Это займет часа два. Час я буду соскребать с себя грязь, скопившуюся за время нашего путешествия, а второй — просто отмокать в горячей воде. Потом я приготовлю поесть. Сегодня — моя очередь. Может, и мне удастся побаловать тебя чем-нибудь вкусненьким! — Карана улыбнулась собственной шутке, а вместе с ней улыбнулся и Лиан, вспомнив, как разболтал накануне в воде заплесневелые овсяные хлопья. — Приготовлю какие-нибудь аркимские блюда. На кухне полно припасов. А теперь уходи, я буду мыться.

Лиан вышел, Карана пару раз обошла комнату и присела на край ложа, глядя из окна на башни и шпили Шазмака. На нее нахлынули воспоминания. Карану поселили в эту комнату в тот день, когда она, еще совсем маленькой, добралась до Шазмака. Здесь она прожила шесть лет. Карана легла и закрыла глаза. Снаружи выл ветер, и этот привычный здесь звук не пугал ее, а успокаивал. Она все помнила так хорошо, словно только вчера впервые оказалась в Шазмаке.

Как тепло тогда аркимы встретили Карану! Они приготовили для нее ванну, забрали и сожгли ее изорванную одежду, а взамен принесли новую, только что сшитую. Аркимы устроили небольшой праздник в честь прибытия Караны и в память ее погибшего отца. Они постарались, чтобы она чувствовала себя как дома: показали ей Шазмак и весь Халлас, занялись ее образованием. И все это время ей помогал Раэль, повсюду сопровождавший и утешавший ее, когда ей становилось грустно или одиноко. Милый бескорыстный Раэль! Как же она по нему скучала в эти долгие годы разлуки!

Лиан дремал. Сквозь открытую дверь до него доносились плеск воды и смешная детская песенка, которую Карана пела беззаботным звонким голосом. Он никогда не слышал раньше ее пения. У нее был очень милый голос. Лиан закрыл глаза, а когда открыл их снова, девушка уже стояла рядом с ним, завернувшись в огромное полотенце. С ее рыжих кудрей на пол капала вода.

— Просыпайся, соня| — весело воскликнула она и тряхнула головой, окатив Лиана брызгами. — Тебе тоже надо помыться. Я не могу готовить, потому что даже на кухне чувствую, как ты пахнешь! Иди мойся!

Лиан долго рассматривал систему труб в ванной и наконец был вынужден признать, что не в состоянии понять, каким образом она действует, но вспомнив, как Карана охарактеризовала его аркимам, не пожелал признаться в этом девушке. Когда же она наконец сама сообразила, что в ванной происходит что-то странное, и заглянула туда, ее взору предстали облако пара и фонтан горячей воды, бивший в потолок, а также грязный голый Лиан, скорчившийся в ванне и пытавшийся помыться под тоненькой струйкой ледяной воды. Это зрелище заставило Карану захохотать.

— Не вижу ничего смешного, — мрачно сказал юноша. — Лучше бы помогла! Как известно, я слишком неловкий и неумелый, чтобы напустить себе воду в ванну.

— Извини, я смеюсь не над тобой. Тут действительно нет ничего смешного, — не очень убедительно стала оправдываться Карана, вытирая навернувшиеся от смеха слезы. — Но у тебя такой нелепый вид! Ты такой чумазый! Я не смогла удержаться. Извини! — повторила она уже более серьезным тоном. — Ты бы хоть спросил, как все это работает!.. А насчет того, что ты неловкий и неумелый, я просто пошутила. Не обижайся на меня!

Она наклонилась над ванной, выключила кран с горячей водой, быстро повернула несколько рычажков, и в ванну полилась теплая вода.

— Вот так вода закрывается! — показала она. — А вот так можно спустить воду.

Карана умудрилась сохранить серьезный вид вплоть до самой двери, у которой обернулась, чтобы убедиться, что все в порядке, не выдержала, снова расхохоталась и выпорхнула из ванной, быстро захлопнув за собой дверь, о косяк которой шмякнулся не очень метко запущенный в нее сапог.

Через полчаса Лиан вылез из ванны. Только постирав свою испачканную одежду, он понял, что ему нечего надеть. Впрочем, в одном из сундуков у себя в спальне он нашел аркимское одеяние. Оно было ему велико, но это было лучше, чем ничего. Сначала он посидел с надутым видом на стуле, но потом, влекомый голодом, любопытством и долетавшими с кухни аппетитными запахами, позабыл об обиде и вышел из своей комнаты.

На кухне Карана что-то искала под длинной скамьей. Она подняла голову и покосилась на Лиана с извиняющимся видом, но, заметив, что он больше не сердится, не выдержала и снова засмеялась. На ней тоже было аркимское одеяние — кремовый халат с черными и бордовыми узорами. Халат был ей коротковат и кончался выше колен. Карана стояла босиком, и Лиан заметил, какие у нее хорошенькие маленькие ножки. Раньше их красоту и стройность скрывали бесформенные мешковатые штаны. Мысленно отметив про себя это обстоятельство, Лиан продолжал изучать фигуру девушки снизу вверх.