– А с нами ты увидишься, папа Чарлз?

Чарлз потрепал Клер по головке:

– Я буду заглядывать в детскую, как смогу, плутовка. У меня встреча с мистером Коулзом, управляющим. А потом придется изображать гостеприимного хозяина для всех этих лондонских леди и джентльменов. Вот почему мы ходили ловить рыбу так рано утром – чтобы я смог повидаться с вами, прежде чем приступить к другим обязанностям.

– Ну, пожалуйста! Ты должен прийти повидать меня. Ведь я буду пахнуть, как мама Петерсон.

Чарлз усмехнулся:

– Ради такого удовольствия, разумеется, я приду. Может быть, удастся урвать пару минут до обеда. Теперь беги, да прямиком в ванную!

Эмма с девочками направились в детскую и были почти в безопасности. Почти, потому что Эмме пришлось зайти к себе и взять лавандовой воды. И когда до детской им оставалось несколько шагов, им наперерез выскочили две хихикающие девицы. Принни залаял и рванулся вперед. Девушки – мисс Оулдстон и леди Каролина – завизжали.

– Не пугайтесь, – сказала Клер. – Принни добрый.

Леди Каролина фыркнула, и ее толстые щеки затряслись. А когда она презрительно задрала курносый нос, то удивительно напомнила призовую свинью, что была у сквайра Бегли. Сквайр обычно звал ее «эта чертова Айви».

– Я не боюсь. Просто терпеть не могу собак. Мерзкие, грязные создания.

Мисс Оулдстон расхохоталась, показывая свои лошадиные зубы:

– Скажи спасибо, что это не кошка. А то бы тебя раздуло, чесалась бы все время.

Леди Каролина окрысилась на мисс Оулдстон:

– Право же, Аманда. Тебе следует следить за собой. Ты похожа на лошадь и ржешь как лошадь.

– Это лучше, чем быть похожей на свинью. Если ты хочешь, чтобы Найтсдейл на тебя посмотрел, поменьше ешь пирожных с заварным кремом.

– Ну, уж тощую кобылу вроде тебя он точно не выберет.

– Папа Чарлз выберет маму Петерсон.

Воцарилось молчание столь напряженное, что человека слабого мог бы хватить удар. Эмма уж точно была готова лишиться чувств. Леди Каролина стояла с разинутым ртом. Выпученные глаза мисс Оулдстон, казалось, сейчас вовсе вылезут из орбит. Эмма закрыла глаза. Ей хотелось провалиться под землю.

– Папа Чарлз? – обрела дар речи мисс Оулдстон.

– Мама Петерсон? – Маленькие глазки леди Каролины сверлили Эмму.

– Клер, дядя Чарлз просил не называть его папой при посторонних, – сказала Изабелл.

Клер пожала плечами:

– Но ведь им нужно объяснить! – Она взглянула на леди Каролину и мисс Оулдстон: – Мои мама и папа умерли в Та… – она замолчала, припоминая, как правильно сказать, – в Италии. Теперь дядя Чарлз нам папа. И он женится на мисс Петерсон.

– Вот как? – Леди Каролина не спеша осмотрела старое платье Эммы, ее поношенную пелерину и жуткую шляпу. – Странно, должно быть, я пропустила оглашение. А ты слышала, Аманда?

– Леди Каролина, мисс Оулдстон, – вмешалась Эмма, – леди Клер всего четыре годика. Она любит сочинять.

– Мама Петерсон, я ничего не сочиняю. Вы с папой Чарлзом были на одеяле – я же видела!

– На одеяле?!

– Да. Леди Каролина, утром мы ходили ловить рыбу. Естественно, что лорд Найтсдейл хочет проводить больше времени с племянницами, чтобы лучше их узнать. Ведь теперь он их опекун. Я заменяю девочкам гувернантку, пока настоящая гувернантка ухаживает за больной матерью. – Жалкий лепет, подумала Эмма. Ничего она не обязана им объяснять! Но нельзя же допустить, чтобы поползли слухи. – А сейчас я веду девочек в детскую, чтобы привести их в порядок после рыбалки. Леди Клер упала в воду.

– Ясно. Как мило со стороны лорда Найтсдейла заниматься сиротами! Не так ли, Аманда?

– Да, Каро, очень мило.

– Уверена, однако, что все изменится, как только лорд женится. – Леди Каролина снисходительно засмеялась.

– Уверена, что ничего не изменится, леди Каролина, – приняла вызов Эмма.

Как могут эти избалованные девчонки говорить такое при Клер и Изабелл? Спустить бы Принни с поводка! Пусть бы вцепился в толстый зад леди Каролины.

– Мисс Петерсон, – леди Каролина со смешком покачала головой, – вот и видно, что вы не были представлены высшему обществу. Тогда вы бы лучше знали его порядки.

Принни придется дожидаться своей очереди. Эмме самой захотелось укусить леди Каролину, вцепиться в нее собственными зубами.

– Может, я плохо знаю привычки высшего общества, леди Каролина, но я знаю лорда Найтсдейла с детства. Он ни за что не оставит племянниц! Даже если уедет в Лондон. Пусть не телом, так душой он всегда будет с ними. Чарлз позаботится, чтобы у девочек было все, чего бы им ни захотелось, не сомневайтесь!

– А вы… так близко… знаете привычки лорда Найтсдейла?