Пётр читать всё это не стал, а решил показать эту находку Пришельцу, который, если ещё не зашёл в палату, то продолжал стоять в коридоре, дожидаясь Петю.

Он поднялся с заправленной койки (странно, но в этой пустынной палате все восемь коек были заправлены, словно палата была вовсе не пустынна, а наполнена невидимыми детьми... или ещё не "придуманными" детьми), взяв в руки тетрадь, и... почувствовал, что в палате он не один...

Из-под его койки выбирался какой-то юнец.

– Пацан, - проговорил Петя как по привычке, - ты чё...

Но когда Петру обнажилось лицо этого пацана...

– Не торопись выходить, - сказал ему пацан голосом Пришельца, если не обращать внимание на то, что сам он был абсолютной копией Пришельца.

– Это ты написал?
– кивнул Петя на тетрадь, которую положил на стол, как только увидел лицо этого юнца и кое о чём догадался.

– Не важно, - ответил тот, извлекая из кармана скальпель.
– Я не как та вялая старуха, которую ты боксировал на первом этаже. Понимаешь, о чём я?

– Не совсем, - признался Петя, всем своим видом показывая, что не собирается ничего делать - никаких резких движений, никаких глупостей.

– Ты должен посидеть здесь немного, - объяснила ему копия Пришельца, пока я выйду в коридор. Понял? Сидеть и не выходить, даже если срать захочешь. И в тетради ничего не чиркай, а не то руки поотрезаю.

И "Пришелец" вышел из палаты.

30

– Ну чё, ребята, - обратился к собравшимся Пришелец, как только Петя захлопнул за собой дверь 708-й, - по палатам? Там его и дождёмся. Он долго будет писать. Искусство суеты не терпит. Но до вечера управится, так что больница наша не успеет превратиться в инопланетный космический корабль и улететь куда-нибудь на солнце.

Все, как по команде, двинулись - каждый в свою палату, даже обнажённые худосочные дети - для них явился Главарь, так что нет больше причин находиться под влиянием иллюзий и ошибочно спасать больницу от подготовки к взлёту.

Пришелец входил в свою 715-ю палату последним, когда в коридоре не осталось ни одного (живого) человека, кроме того, что располагалось вокруг. Он уже захлопывал за собой дверь, как... приостановился, прислушиваясь.

– Чё ты там услышал?
– тут же поинтересовались у него соседи по палате.

– Да нет, ничего, - вернулся он назад - в коридор.
– Не выходите пока, пацаны.

– А чё там?
– подскакивал к двери Сеенко, но отпружинивался назад Пришелец толкнул его в грудь.

– Я сказал, сидеть и не выходить никому!
– строго наказал он всем и захлопнул дверь.

Перед тем как зайти в палату, он услышал доносящиеся из 708-й разговоры. И ему подумалось, что Петя там не один.

Из 708-й тем временем выходил... Петя... Только на этот раз он был одет.

– Чё ты там, и одежду даже нашёл?
– спросил Пришелец у вышедшего из палаты.
– А не пишешь почему? Не успеешь ведь до...

– Всё уже успел, - произнёс ему Петя.
– Классный рассказ получился! Но тебе он, Пришельма, вряд ли понравится.

– Чего?!
– скривил Пришелец удивлённую мину, - как ты меня назвал?!!

– Как слышал, - ответил тот, - у тебя совершенный слух, как описал я в повести. Видишь, какой я добрый, не сделал тебя глухослепым. А ты мне чевокаешь!

– Погоди, - не понял Пришелец, - ты что, не Петя?

– Не Петя - не Петя, - ответил ему тот, - я Пётр! Натуральный и взаправдашний Пётр, а не та глупая выдумка, что сидит сейчас без трусов в 708-й!

– Ты сумасшедший, - поправил его Пришелец, - возомнивший себя Творцом. А я-то думал, Пётр нормальный парень, без привета! А он обыкновенный злобный шизофреник. Раздвоение личности.

– Именно так я и описал!
– усмехнулась копия Петра, - что ты назовёшь своего Автора психом. Люблю, когда всё по-написанному. Ты у нас по-написанному супернормальный! Я тебя одарил сверхъестественной интуицией и много чем ещё. И вот для тебя проверка: догадайся, выйдет сейчас кто-нибудь из палаты или не выйдет?, и, если выйдет, то из какой палаты и кто?

– Я могу их позвать, - ответил Пришелец, - позвать кого угодно. Позвать?

– Не сможешь ты, выдумка, позвать кого угодно, - заметил ему "Пётр", потому что описал я совсем другое и жить не по-написанному ты не сможешь. А я тебе намекну, кто сейчас выйдет из вашей палаты.

– Я поворачиваюсь спиной, - проговорил "Пётр", поворачиваясь, пока Пришелец направился к двери в свою 715, чтоб "сделать не по-написанному" чтоб из палаты этой никто не вышел, - такой намёк.

Но, только он собрался взяться за ручку, как дверь открылась и одетая в халат сестра Пети приготовилась к выходу.