– Хорошо, сэр, – сказал помощник менеджера. – Подождите минутку, пожалуйста, я сейчас свяжусь с отделом предварительных заказов.

– Мне нужны еще кое-какие сведения, – сказал Карелла. – Давайте я скажу вам все сразу, чтобы не отнимать у вас лишнего времени.

– Конечно, сэр. Рады будем помочь.

– Я хотел бы знать, когда она вселилась – то есть мне нужно подтверждение, что это было первого августа, – и когда она выехала. И еще мне хотелось бы знать заказывала ли она какие-либо междугородные переговоры и, если да, по какому номеру она звонила, когда и сколько времени длились разговоры.

– По поводу звонков вам придется перезвонить в бухгалтерию, сэр, – сказал помощник менеджера. – Но сперва позвольте мне связаться с отделом заказов.

– Спасибо, – сказал Карелла.

В трубке раздался щелчок. Карелла от души понадеялся, что его не разъединили. На другом конце комнаты приемник Дженеро орал песню, в которой все время повторялись слова: «Если я тебя люблю, как же ты меня не любишь?» Почему бы Дженеро не обзавестись такими штучками, которые вставляются в уши? Надо будет ему сказать...

– Мистер Карелла? – послышался голос помощника менеджера.

– Да, я слушаю.

– Мне сообщили нужные вам сведения, сэр. Энн Ньюмен действительно зарегистрировалась первого августа и выписалась вечером в четверг, седьмого августа.

– Спасибо, – сказал Карелла. – Не могли бы вы соединить меня с кем-то, кто может знать о телефонных звонках?

– Им может потребоваться время, чтобы найти квитанции, – сказал помощник менеджера. – Быть может, лучше мы вам перезвоним?

– Да нет, спасибо, я подожду, – сказал Карелла.

– Ну хорошо. Много времени это не займет. Не вешайте трубку, ладно?

Снова раздался щелчок. Карелла ждал. Рок-певец по-прежнему желал знать, как же это вышло, что адресат его жалоб его не любит.

– Дженеро! – окликнул Карелла, перекрикивая шум.

– Чего? – отозвался Дженеро.

– Ты меня слышишь?

– Чего? – повторил Дженеро. Это был жилистый парень с курчавыми черными волосами и мощным неаполитанским носом. Он сидел, сгорбившись над своей машинкой и тыкая в клавиши указательными пальцами.

– Я говорю, ты меня слышишь? – заорал Карелла.

– Конечно, слышу! – ответил Дженеро. – Я ж не глухой! Извини, – добавил он тут же, вспомнив, что жена Кареллы глухонемая.

– Почему ты не купишь такие штучки для ушей? – спросил Карелла.

– Что за штучки для ушей?

– Ну, такие штучки, которые вставляются в уши. Чтобы ты мог слышать радио, а остальным его слушать не приходилось.

– Не, наушники не годятся! – сказал Дженеро. – Они звук искажают. А в этой комнате как раз очень хорошая акустика.

– А ты знаешь, что будет, если вдруг заявится лейтенант?

– Не, не заявится. Он на бейсболе, – ответил Дженеро.

– А ты откуда знаешь? – удивился Карелла. Возможно, Дженеро все же куда лучший детектив, чем он думал...

– Он мне говорил, что у него два билета на сегодняшний матч.

– Ну хоть потише сделай!

– Это испортит звук, – возразил Дженеро.

– Мистер Карелла? – послышался в трубке женский голос.

– Да, детектив Карелла слушает.

– Это бухгалтерия, – сказала женщина. – Мы нашли нужные вам квитанции. Продиктовать вам их?

– Да, говорите, пожалуйста, – сказал Карелла.

– На счет Энн Ньюмен за время ее пребывания в отеле записано четыре междугородних звонка. В тот день, когда она заселилась, то есть первого августа, она звонила в восемь часов вечера по телефону 765-38-11 в Айсоле. Разговор длился три минуты семнадцать секунд.

– Дальше, – сказал Карелла, кончив писать.

– Второй звонок был сделан днем в понедельник, четвертого августа, в четыре тридцать, по телефону 531-84-31, тоже в Айсоле. Разговор длился двадцать семь минут двенадцать секунд.

– Продолжайте, я слушаю.

– Во вторник вечером, пятого августа, она снова звонила по телефону 765 и так далее в девять двенадцать вечера, и разговор длился...

– То есть по телефону 765-38-11?

– Да. Разговор длился двенадцать минут семь секунд.

– И последний звонок?

– Седьмого августа, в пять вечера, по телефону 332-02-95, тоже в Айсоле.

– Это все по местному времени?

– Да, сэр, время калифорнийское.

– Спасибо большое, – сказал Карелла.

– Всего хорошего, – ответила женщина и повесила трубку.