Шрифт:
Когда она открыла дверь, на ней был длинный голубой халат поверх розовой ночной рубашки, видневшейся в треугольном вырезе. Она была босиком.
– Простите, что беспокою вас так поздно, но...
– Да нет, все в порядке, – сказала она. – Входите.
Он следом за ней прошел в маленькую прихожую к подождал, пока она запрет дверь. По дороге в гостиную он спросил:
– Ваша свекровь дома?
– Спит, – ответила Энн. – Мистер Карелла, сейчас ведь уже почти одиннадцать, я и сама собиралась спать.
– Да, конечно, миссис Ньюмен. Я очень извиняюсь, но мы торопимся закрыть дело, и я хотел бы задать вам еще несколько вопросов.
– Да, конечно, – сказала Энн. – Но у меня завтра на утро назначена встреча...
– Я постараюсь быть кратким. Миссис Ньюмен, известно ли вам, что ваш муж оставил завещание?
– Да.
– Когда вы узнали об этом?
– В понедельник утром. Наш адвокат позвонил мне и сообщил.
– Ваш адвокат – это...
– Чарльз Вебер. Фирма «Вебер, Герцог и Ллевеллин».
– И от него вы впервые узнали об этом завещании?
– Да.
– Известно ли вам, когда оно было составлено?
– Нет.
– Миссис Ньюмен, оно было составлено за три недели до смерти вашего мужа.
– Да? Джерри об этом ничего не говорил...
– Вам известны условия завещания?
– Да. Чарли мне их зачитал.
– Вам известно, что ваш муж оставил более двух миллионов долларов...
– Да, известно.
– И что ваше имя в завещании вообще не упоминается?
– Мне достался страховой полис.
– То есть сто тысяч долларов.
– Да, насколько я понимаю.
– Миссис Ньюмен, что вы об этом думаете?
– О чем?
– О том, что вы получите сотню тысяч, а какой-то чужой человек – два миллиона?
– На самом деле, даже не знаю, – сказала она.
– Ну а что вы испытываете? – настаивал Карелла.
– Разочарование? – Она слабо улыбнулась. – Печаль?
– Но не гнев?
– Гнев? О нет, только не это! Только печаль и разочарование. Мистер Карелла, я почти пятнадцать лет была ему верной и любящей женой. Только подумать, что... Ну ладно, это неважно. Сделанного не воротишь. Мне не нужны два миллиона долларов. Я не расточительна, у меня есть своя работа, мне вполне хватает того, что я зарабатываю, даже без этой страховки...
– Вы знакомы с Луи Керном? – спросил Карелла.
– Да. Мой свекор выставлял свои работы в «Галерее Керна». А позднее именно Луи оценивал картины, которые получил в наследство мой муж.
– Было ли вам известно, что мистер Керн знал о содержании завещания до того, как умер ваш муж?
– Нет, не было... А откуда?..
– Ему сообщили.
– Кто?
– Бывшая жена вашего мужа, Джессика Герцог.
– А откуда... А-а, понимаю! Ее брат работает в той же фирме, так ведь?
– Он один из партнеров.
– Да, конечно. Но я и понятия не имела, что они с Луи знакомы!
– Они любовники, – сказал Карелла.
– Луи с Джессикой? Вы шутите! – Она улыбнулась. – Это же курам на смех!
– И тем не менее это так, – сказал Карелла.
– Ну, чего только не бывает на свете! – сказала Энн, покачав головой. – Луи и Джессика... О Господи!
– Мог ли кто-то из них знать, что вы уезжаете в Калифорнию?
– То есть Луи или Джессика?
– Да.
– Нет, конечно. Я с Луи несколько лет не виделась, а Джессика... Ну, вы должны понимать, что мы друг с другом в не слишком хороших отношениях.
– И вы утверждаете, что узнали о завещании только в понедельник утром, так? – уточнил Карелла.
– Да.
– Ваш муж вам о нем ни разу не говорил?
– Ни разу.
– Вам не кажется, что это немного странно?
– Джерри вообще был немного странный.
– Я хочу сказать, – пояснил Карелла, – странно, что человек не подумал обсудить свое завещание с женой.
– Ну, – возразила Энн, – мне кажется, что, если жена человека в этом завещании даже не упомянута, у него могут быть причины желать, чтобы она об этом не знала, не так ли?
– Как вы думаете, по какой причине ваш муж мог решить изменить завещание?
– Понятия не имею.
– Имел ли он основания подозревать, что вы подумываете о разводе?
– Не имел.
– Но вы же собирались попросить развода?
– Да, но я приняла это решение недавно.
– Но обдумывали вы его довольно давно, разве нет?
– Не так давно.
– А сколько времени?
– Точно сказать не могу.
– Но вы начали думать об этом раньше, чем месяц назад? До того, как ваш муж изменил завещание?