Ник взглянул на него, затем улыбнулся:

— Опять эта проклятая гордость, а? Иногда ее трудно переварить. Лори и я навсегда останемся братом и сестрой, Морган, невзирая ни на что. А мы с тобой почему-то достаточно разные, чтобы она была уверена «кто есть кто» и никогда не путала нас. По некоей таинственной причине она влюбилась в тебя, но не в твое лицо. — Его улыбка засияла. — А у меня будет своя девушка, как только ты узаконишь мое имя. Наше общее имя.

Морган ощущал восторг, как будто ему подарили луну и позволили подстрелить звезду с неба — и то и другое сразу. Это было первым подарком в жизни, но вполне окупающим все не полученные. Господи, это слишком много: вначале брат, а теперь… Лори. Слова теснились у него в горле, переполняли сердце.

Он едва смог кивнуть и отвернулся, чувствуя рядом Ника и слыша его тихий голос.

— Мы все уладим, Морган. Как-нибудь. Это наверняка нелегко после стольких лет и всего того, что было между нами в последний месяц, но прошлая ночь — хорошее начало.

— Из тебя вышел бы отличный рейнджер, — сказал Морган.

— Ну нет, — ответил Ник. — Я всегда мечтал только о доме и о своем ранчо. — Он помедлил. — А ты когда-нибудь думал… об отставке?

Морган покачал головой:

— Это все, что я знаю и когда-либо знал. Мой… наш отец.

Неожиданно в глазах Ника отразилась боль, и Морган почувствовал его неуверенность и смущение. Узнать, что ты не тот, за кого себя принимал, — должно быть, мучительно. И Морган тоже чувствовал его боль, как когда-то боль от пронзившего Ника ножа. Он переживал ошеломленность Ника и его чувство потери, но все это не могло затмить восторга в ее душе. Ник вздохнул:

— Когда-нибудь мне захочется услышать обо всем, что ты знаешь, но… не теперь. Я все еще пытаюсь… — Он помолчал. — Пожалуй, нам лучше вернуться. Лори… я удивлен, что она не прибежала сюда, чтобы защитить одного из нас. — Он покачал головой:

— Последнее время ей тяжело дается ее преданность.

Морган изумленно уставился на него.

— Разве ты не знал? Она умоляла меня довериться тебе, но я был слишком сердит. Я знал, что она любит тебя, понял это с той минуты, как увидел ваш поцелуй у хижины. Лори… в общем, она никогда прежде не интересовалась всерьез мужчиной. Я никогда не видел у нее таких глаз, ведь они следили за каждым твоим шагом. Ее буквально убивало то, что она берет мою сторону, но она… должна была это сделать. И я не облегчал ей эту задачу, — добавил он лукаво, — даже видя, что это рвет ее на части.

Морган глубоко вздохнул. Так, значит, она все же доверяла ему. Колебался только Ник.

— Морган? — неуверенно окликнул Ник. — Не вини мою мать. Она не знала, что ты жив.

— Конечно. Я должен быть благодарен ей за твое спасение. К тому же… ей пришлось набраться мужества, чтобы рассказать обо всем после стольких лет.

Ник благодарно улыбнулся:

— Пожалуй, к тебе не так уж трудно будет привыкнуть.

Лори едва верила тому, что рассказывал Дэниэл ей и Энди о Нике и Моргане. Ее мать слушала спокойно, с бесконечной усталостью и печалью в глазах. Лори то и дело смотрела на нее, словно черпала в ней уверенность, что слышит правду. Ее мать казалась сильно состарившейся, но она то и дело кивала, как бы подтверждая рассказанное.

Когда Дэниэл упомянул о том, что Морган заметил родинку днем раньше и заподозрил, что они с Ником братья, Лори почувствовала себя преданной, задетой и сердитой. Прошлой ночью Морган не обмолвился об этим ни единым словом. Он был таким спокойным, отстраненным, даже держа ее в объятиях, точно таким, как в начале их путешествия.

Она сопереживала Нику, чувствовала боль за свою мать и за себя, хотя и знала, что Ник навсегда останется ее братом. И все же его должно было ужасно поразить, что он — сын других родителей и что у него есть брат. Особенно после того, как он совсем недавно испытывал к нему яростную ненависть.

А тут еще Морган, Боже милостивый, Морган. Она вспомнила, как он рассказывал ей о своем детстве. Без семьи. Без родных и никем не любимый. Теперь ему пришлось узнать, что все это время у него был брат, и не просто брат, а близнец. Это, наверное, было очень мучительным, но он не сказал ей об этом. Он не делился с ней многим. Но и не просил о многом, исключая доверие, — но она бросила ему эту просьбу в лицо, сбежав от него и устроив новую засаду. И все же он вернулся за ней и рискнул жизнью ради нее и Ника.

Почему он все-таки промолчал? — гадала она. Но Лори знала: у него не было оснований доверять ей и делиться своими душевными переживаниями. Поэтому он и молчал прошлой ночью, хотя и старался утешить ее в обычной для него спокойной манере.

Энди задал дюжину вопросов, но Лори молчала. Она встретила взгляд Бет и увидела в нем сочувствие. Девушка поднялась, подошла к ней, и Бет взяла ее холодные руки в свои ладони.

— Ник рассказал мне об этом прошлой ночью, — сказала Бет. — По-моему, он смирился с этим.