— Это как-то связано и со мной. Признаю, я довольно круто поговорил с тобой вчера, Роберт. Но я подумал: или я лишусь хорошего друга, или вобью немножко здравого смысла в твою голову. И когда же это событие свершится?

— Когда? — Роберт взглянул на Адди. — Мы еще не обсуждали этого. Все было решено только три часа назад.

Адди улыбнулась.

— Скоро, я надеюсь.

— Я тоже, — поддержал ее Роберт.

— Вы, полагаю, будете венчаться в церкви? — поинтересовалась Сара.

— Да.

— И обряд будет совершать Матесон? — спросил Ноа.

— Он ведь священник, — ответил Роберт.

— Хочу предложить тост, — провозгласил Ноа. — За Роберта и Адди, которые полностью принадлежат друг другу. Пусть день вашей свадьбы будет безоблачным, и такой же будет вся ваша жизнь!

У них было много тем для разговора — две свадьбы, два дома, четыре судьбы, тесно связанных друг с другом ко всеобщему удовольствию. Они обсудили даты, порядок празднования, приготовление дома к событиям, решив, что он вполне подойдет для Роберта и Адди, когда они поженятся через неделю после бракосочетания Сары и Ноа и их переезда в свой дом.

Они посмеялись над упрямством Роберта, которому потребовалось так много времени, чтобы сделать Адди предложение. Они также представили себе реакцию Бертла Матесона на просьбу совершить церемонию бракосочетания женщины, за которой он ухаживал, с другим. Они даже поговорили о Розе и ее заведении. Это был хороший знак, что данная тема не была для них табу. Быть может, стоит пригласить некоторых девушек от Розы на свадьбу Адди, ведь им было бы так приятно? А миссис Раундтри, не будет ли ее взор источать смертельный яд?

Ужин давно закончился, тарелки и блюда убраны в раковину, а они все еще сидели за столом, тихо переговариваясь, не торопясь завершить вечер. Роберт наклонился вперед, почти полулежа, облокотившись на руку и крутя свой стакан на скатерти. Он произнес задумчиво:

— Да, ты прав, Ноа. Я не могу представить себе другую пару, так созданную друг для друга, как мы с Адди. Мы прошли через многое и все оставили позади: ее побег из дома, пребывание в заведении Розы, наконец, то, что сделал с ней ее отец… Что может быть тяжелее, чем это? Но мы пережили все, и теперь наша свадьба, как свежий ветер, принесет много нового в нашу жизнь.

Наступило молчание, которое нарушила Сара, заговорив с некоторым напряжением в голосе:

— А что сделал с ней отец?

Роберт оставил свой стакан в покое и поднял голову. Адди украдкой делала ему знаки, чтобы он не говорил ничего больше, на лице ее был написан ужас. Роберт выпрямился.

— Так что же сделал с ней отец? — спросила Сара Роберта.

Он смотрел то на одну, то на другую.

— А Сара не знает?

Лицо Адди стало пепельно-серым.

— Забудем об этом, Роберт.

— Чего я не знаю? — Сара переводила взгляд с сестры на Роберта.

— Да ничего. — Адди схватила свою чашку с блюдцем и вскочила со стула.

— Сядь, Адди, — тихо приказала Сара.

— Надо заняться мытьем посуды.

— Сядь, Адди, я говорю.

Ноа сидел неподвижно и молчал, не понимая, что происходит.

Адди села, поставила чашку с блюдцем обратно и устремила взгляд на Сару.

— Пожалуйста, объясни, в чем дело.

— Да ни в чем. Эта проблема нами с Робертом исчерпана. Ему не следовало заводить разговор об этом.

— Но он завел. А теперь я хочу знать, в чем все-таки дело. Что тебе сделал отец?

Глаза Адди заблестели. Она стукнула кулаком по столу, так что чашки и блюдца заплясали.

— Черт возьми, Роберт! Ты не имел права!..

— Адди, я очень сожалею. Но я думал, что ты давно уже рассказала сестре обо всем, после того как ты поделилась со мной. И вообще, если она не знает, как мог об этом узнать Ноа?

Вмешался Ноа.

— Боюсь, я не имею ни малейшего понятия, о чем идет речь.

— Конечно, ты знаешь. Ты упомянул об этом как-то, когда говорил мне о своем намерении жениться на Саре, помнишь?

— Не помню, Роберт, к сожалению, нет.

— Ты рассказал Ноа?! — крикнула Адди в ужасе.

— Нет, я ничего не говорил Ноа. Я думал, он знает. Думал, что ему рассказала Сара. Мы говорили тогда о вас, вот и все.

— Довольно! — резко бросила Сара. — Я желаю знать, что сделал отец Адди.

Адди зажала руки между коленями и опустила глаза.

— Ты не должна хотеть знать это, — прошептала она.